龴ↀ◡ↀ龴 &emsp; <b>  Аркадий Аверченко о пасхальных подарках

</b>

<i>

О, лучший из праздников, когда колокола, сладко волнуя сердце мелодичным и гулким звоном, — будят в душе грустные ласковые воспоминания о былом, о празднике пышной весны, когда ароматные почки на деревьях радостно распускаются... впрочем, им хорошо распускаться, когда никаких расходов они не несут, а мы, люди, и тому должны заткнуть глотку и этому, да подарки разные, да «на чай»! И что это ещё такое за «на чай»?! Один разврат. И без чаёв хороши будут.

Об ароматных почках да и мелодичных колоколах это у меня к слову пришлось, а вообще я человек деловой и подхожу к пасхальным вопросам с утилитарной точки зрения...

Цель моя — научить читателей, как по-христиански, но безубыточно отпраздновать Пасху, когда колокола мелодичным звоном будят в душе... — впрочем, об этом я уже говорил. Ни к чему это всё. Главное — практичность. Вот, например:

Праздничные подарки

Жену имеете? И детей? И кухарку?

И напрасно. Не такое теперь время, чтоб на своей шее всю эту публику держать.

Но раз глупость уже сделана — нужно подумать, как же выйти из этого положения? Жена-то, небось, спит и видит бриллиантовое колечко, да и детишки как молодые крокодилята, пасти пораскрывали на ящик с красками или на собрание сочинений Жюля Верна. А кухарка уже целую неделю страшно щёлкает крепкими зубами, предчувствуя впереди сарпинку на кофточку.

Сарпинку тебе? О душе нужно подумать, матушка!

Для того, чтобы избежать всех этих расходов, хозяин должен обзавестись сущими пустяками: одним анонимным письмом, изготовленным собственными средствами, одним дохлым мышонком и надтреснутым бракованным блюдом, которое за гроши можно купить в любом посудном магазине.

/////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////

<i>

И вот, скажем, приходите вы в Страстную пятницу домой к обеду с дохлым мышонком в одном кармане, с анонимным письмом в другом и с треснутым блюдом, завёрнутым в бумагу, — под мышкой.

— Обедать! — радостно кричите вы. — Обедать! Я голоден как волк... А я сегодня, друзья мои, по случаю купил чудную, замечательную вещь — старинное блюдо. Императорского фарфорового завода. Цены нет этому блюду! Ну ка, Миша, разверни.

Ваш сынишка доверчиво начинает распутывать накрученную вами бечёвку и снимать с блюда несколько слоёв бумаги...

— Развернул? Ну-ка, полюбуйт... Это что такое? Почему трещина?! Разве тебе можно поручать что-нибудь, паршивец этакий!!! Расколол!!!

Орите во всё горло:

— Нежная старинная вещь!! Пятьсот рублей стоит, а ты, как ломовик, набросился. Разве я тебя для того рожал, чтобы ты мне блюда бил... Сегодня блюдо разбил, завтра всю посуду перебьёшь, а послезавтра отца начнешь бить... Это что?! Слёзы?! Вон из-за стола!! Блюдо полторы тысячи стоит, а он со своими копытами... Вон! (эквивалент ящика с красками и Жюля Верна, глядишь, и в кармане остался).

Если жена кротко запротестует — орите дальше:

— У людей дети, как дети, а у нас... На кого же я, спрашивается, работаю, минутки свободной не имею?! Вот, например, утром ещё получил письмо — до сих пор пяти минут не имел — прочесть! Ты позволишь, милая?

— Читай, — кротко говорит жена. — Какие там церемонии.

//////////////////////////////////////////////////////

<i>

Вы извлекаете из конверта анонимное письмо и начинаете громко читать:

«Здравствуйте, обманутый дурак! В то время, как вы заботитесь о семье, хлопочете — ваша жена дарит своей благосклонностью другого... Спросите у неё — у кого она была позавчера и почему её головные шпильки очутились на подзеркальнике известного донжуана Пробиркина?! Прощайте, тупой осёл!»

Жена, конечно, заплачет, но... ничего. Женские слёзы, как говорится, вода, а колечко так и останется торчать в витрине ювелира. Вот вам и экономия!

Наконец, подают суп. Пользуясь тем, что жена продолжает рыдать в салфетку, выньте дохлого мышонка и подсуньте его в свою тарелку...

Орите:

— Что это?! Мёртвое животное в супе?!! Чумная крыса?! Отравить нас хотят?! Аксинья!! Поглядите-ка!.. Надеюсь, сама понимаешь...

И меркнет, тухнет в пылких кухаркиных очах долгожданная сарпинка...

До сарпинки ли тут, когда барина колесом от ярости скорчило.

Если же вы по доброте душевной считаете эти остроумные приёмы жестокими, — то, так и быть, сделайте своя домашним такие подарки: жене — коробочку хороших сигар или бритвенный прибор, сынишке лампу для гостиной или материи на халат, а кухарке — собрание сочинений Эмиля Золя. Не знаю, как им, но вам — эти подарки доставят тихую радость...

Фрагмент из рассказа Аркадия Аверченко «Пасхальные советы»

</i>

http://izbrannoe.com/news/yumor/arkadiy-averchenko-o-paskhalnykh-podarkakh/

⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⧚⚈⧚⧚⧚⧚⚉⧚⧚

<b>

СТАНИСЛАВ САДАЛЬСКИЙ

Народный блоггер России

</b><i>  <b>

Когда я начал любить себя

</b>

Когда я начал любить себя, я понял, что тоска и страдания — это только предупредительные сигналы о том, что я живу против своей собственной истинности. Сегодня я знаю, что это называется «Подлинность».

Когда я начал любить себя, я понял, как сильно можно обидеть кого-то, если навязывать ему исполнение его же собственных желаний, когда время еще не подошло, и человек еще не готов, и этот человек — я сам. Сегодня я называю это «Признание».

Когда я начал любить себя, я перестал стремиться к другой жизни, и вдруг увидел, что всё, что окружает меня, приглашает меня расти. Сегодня я называю это «Зрелость».

Когда я начал любить себя, я понял, что при любых обстоятельствах я нахожусь в правильном месте в правильное время, и все происходит исключительно в нужный момент, поэтому я могу быть спокоен. Теперь я называю это «Уверенность в себе».

Когда я начал любить себя, я перестал красть свое собственное время и проектировать грандиозные проекты на будущее. Сегодня я делаю только то, что приносит мне радость и счастье, то, что я люблю делать и что приводит мое сердце в радостное настроение. Я делаю это своим собственным способом и в своем собственном ритме. Сегодня я называю это «Простота».

Когда я начал любить себя, я освободился от всего, что приносит вред моему здоровью — пищи, людей, вещей, ситуаций. Всего, что тянуло меня вниз и уводило прочь от себя. Сначала я назвал это позицией здорового эгоизма. Сегодня я называю это «Любовь к самому себе».

Когда я начал любить себя, я прекратил пытаться всегда быть правым, и с тех пор я ошибаюсь меньше. Теперь я узнал, что это «Скромность».

Когда я начал любить себя, я прекратил жить прошлым и беспокоиться о будущем. Сегодня я живу только настоящим моментом, в котором все происходит. Теперь я живу каждый день, день за днем, и называю это «Осуществление».

Когда я начал любить себя, я осознал, что ум мой может расстраивать меня, и что от этого можно заболеть. Но когда я объединил его с моим сердцем, мой разум стал моим ценным союзником. Сегодня я зову эту взаимосвязь «Мудрость сердца».

Нам больше не нужно бояться споров, конфронтаций или разного рода проблем с собой или с другими. Даже звезды сталкиваются, и из их столкновений рождаются новые миры. Сегодня я знаю: «Это — Жизнь».

<b>

Речь Чаплина на собственное 70-летие</b>

</i>

http://sadalskij.livejournal.com/3050952.html?utm_source=fbsharing&utm_medium=social

░░|░░|❤️░░|░░|░░|░░|░░|░░|

<b> Anatoly Golovkov

Израильские заметки

НЕ ЗАХОЧЕТ ЦВЕСТИ - И НЕ БУДЕТ!

</b>

░░|<i> Нет, я не мог обознаться!

Эта хрень, которая у меня в Москве всю зиму гнездилась и укоренялась, эротически распускала побеги, тужилась, нагло смотрела мне в глаза - но не желала, мать ее, цвесть!

Ты ли это, о, хищный цветок юности моей? С такой самоцитатой под гитару - "Герань в любом окне, гармони флажолет"?..

Та, что взращивалась в московских горшках... И воспета едва ли не всяким тяготеющим к бесполезному прошлому поэтом?

А здесь, у гор Галилейских, стоило лишь кому-то приласкать эту продавщицу пива в отставке, Пеларгонию Петровну... Стоило лишь наобещать чего-то несусветного, брызнуть живой водой на корневище-то! И нате вам!

Герань - прямое доказательство, что любовь может быть без взаимности. И не всякая - поселяется у тебя в доме. Как ни поливай, как ни удобряй, какие песни ей не пой. Не захочет цвести - и не будет.

Говорят, коты упрямы.

Это не совсем так. Вы просто не имели дело с геранью.</i>|░░

<b>☯ Колонка астролога ☯ </b>

๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛   

<b>

Кельтский календарь знаков Зодиака с удивительным значением

</b>

<i>  Кельты известны своей тесной связью с природой. Их наблюдательность позволила определить, что при рождении на формирование характера человека влияют фазы Луны, растения и животные, времена года и другие...

<b>

Олень (24 декабря — 20 января) </b>

У оленей высокие идеалы и стремления. Если хотите начать новый проект, позовите в свою команду оленя, он будет отличным помощником. Оленей сложно сбить с толку, они все делают тщательно, терпеливо и настойчиво. Эти качества гарантируют триумф. Когда остальные давно сдались, олени пробиваются вперед. Олени горды, и это по праву. Они ведут себя по-королевски. Эти люди благородны от природы.

<b>

Кошка (21 января — 17 февраля) </b>

Кошки — умны, интеллектуальны и очень сообразительны. У них отличные способности к аргументации, но лучше всего они видят внутреннюю подоплеку вещей. Это можно назвать “шестым чувством”. Кошки не придерживаются ортодоксальных взглядов, поэтому к ним стоит обращаться лишь за новаторскими идеями. Кошкам присуща гуманность, их любят окружающие. Но иногда они могут казаться безразличными, наблюдая за всем со стороны. Тем не менее, на душе у них лишь добрые намерения. Кошки очень креативны, им часто требуются уши, которые выслушают их идеи.

<b>

Змея (18 февраля — 17 марта) </b>

Змеи выглядят холодными, но очень живые в поведении. Они любопытны, у них всегда множество вопросов о том, как устроен мир и как действуют люди вокруг (даже если они не задают вопросов в открытую, со стороны заметно, что они постоянно ищут ответы в своей голове). Змеи легко идут на контакт от природы, они могут быть очень убедительными. Если какое-то дело вызвало у них настоящий интерес, то они способны вовлечь в него все свое окружение, заражая своим энтузиазмом. Также змеи могут быть спонтанными и непредсказуемыми.

<i> 

<b>

Лиса (18 марта — 14 апреля) </b>

Лисы очень хитры, они знают, как завоевать аудиторию своим юмором. Лисы полны жизни и яркого ума, они — неукротимая сила. Именно этот знак может отправиться с вами в экзотическое путешествие, которое превратится в восхитительное приключение. У лисы нежное сердце, хоть она и старается часто не показывать эту сторону своего характера. Если вы дружите с лисой, то у вас есть друг на всю жизнь. Лисы — очень энергичные и храбрые существа с неукротимым духом.

<b>

Бык (корова) (15 апреля — 12 мая) </b>

Сильный, любящий, стабильный и надежный — вот главные слова, описывающие быка. Именно к нему вы обращаетесь, если вам нужна жилетка, чтобы выплакаться, или честное мнение и хороший совет (особенно, если вопрос качается человеческих взаимоотношений). Этот знак обладает хорошей интуицией и чует лжецов за километры. Именно из-за развитой интуиции быков часто принимают за людей настроения или за слишком эмоциональных созданий. У них отличный вкус, им свойственна классическая элегантность в одежде и в выборе домашнего декора. Этому знаку можно доверять больше, чем самому себе. Быки знают, как хранить секреты.

<b>

Морской конек (13 мая — 9 июня) </b>

Морские коньки обладают гибким характером и находчивостью. Именно им вы бы доверили ведение своих финансовых и правовых вопросов, ведь они невероятно умны. Морские коньки обладают отличной памятью. Они могут быть переменчивы, но всегда возвращаются к привычным вещам. Такие люди невероятно легко адаптируются к окружающей среде. Морские коньки привлекательны, им очень нравится, когда ими восхищаются. Они всегда отвечают взаимностью на теплоту в их адрес.

<i> 

<b>

Королек (10 июня — 7 июля) </b>

Этот знак ассоциируется со свежими идеями, открытым взглядом на жизнь и яркими эмоциями. Корольки от природы привыкли заботиться о других, они всегда споют сладкую песенку, чтобы подбодрить семью и друзей. В любой шторм королек остается спокойным. В кризис вам захочется рядом видеть именно такого человека. Корольки изобретательны, они сохраняют спокойствие, даже когда на них давят. У них отличная мотивация (они знают, как получить то, чего хотят), они прекрасно сами справляются с трудностями. У этих людей развито чувство ответственности и морального единства. Они ищут равновесия в жизни, становясь лидерами на работе и в обществе. Однако в душе они бы хотели отправиться путешествовать и вести цыганский образ жизни.

<b>

Лошадь (8 июля — 4 августа) </b>

Энергичные, открытые и сильные лошади с удовольствием пробегутся с вами наперегонки за ваш счет. Они от природы привыкли соревноваться. У лошадей множество талантов и немало уверенности в себе, что делает их особенно успешными в бизнесе. У них срабатывает шестое чувство, когда дело касается стратегии и обзора (у представителей этого знака есть своеобразный внутренний “компас”). Лошади обладают неприкрытым очарованием, иногда даже заигрывают с окружающими. Они знают, как подать себя стильно и авторитетно. Лошади отлично справляются с руководящими должностями, но и с удовольствием помогают другим (если только их оценивают по заслугам).

<b>Рыба (лосось) (5 августа — 1 сентября) </b>

Рыбы плавают глубоко в своих водах в поисках вдохновения, ярких впечатлений и призрачных перспектив. Природа одарила их интуицией, но они мало обращают на нее внимание. У таких людей уникальное видение мира, поэтому они часто становятся лучшими художниками и поэтами. Иногда рыбы заплывают слишком глубоко, и некоторые не могут последовать за ними. Но рыбам иногда нужна эта глубина, чтобы побыть наедине с собой, вдали от людей.

<i> 

<b>

Лебедь (2 сентября — 29 сентября) </b>

Духовно развитый лебедь плавает только с представителями своего класса. У лебедей высокие стандарты, чрезвычайно тонкий вкус и отличное чувство красоты. Красивые и благородные, лебеди часто выглядят отстраненными. Но это не так. Лебеди — отличные партнеры в любви. Они аристократы по природе своей. Они скрупулезны до мелочей, у них есть точное представление обо всем. Если вам нужен человек высоко организованный, со вкусом и проницательностью, выбирайте лебедя.

<b>

Бабочка (30 сентября — 27 октября) </b>

Бабочка — душа общества. Порхая от одного друга к другому на вечеринках, она всегда на связи с теми, кого любит (именно бабочки всегда болтают по телефону или пишут сообщения). Это у них в крови. Бабочки — мягкие и добрые. Они любят мечтать, высказывать новые идеи и обсуждать далеко идущие планы со всеми друзьями. Они не могут долго сидеть на месте. Эти люди освещают собой любой мрачный день. Они от природы эмпаты и никогда намеренно никого не обидят. Им нравится, когда у других все хорошо. Они легко заводят друзей. Бабочки привносят чудеса в наш мир. Если в вашем окружении есть бабочка, то вы не забудете, как хороша жизнь.

<b>

Волк (собака) (28 октября — 24 ноября) </b>

Волки целеустремленные, они могут потратить много усилий, чтобы убедиться, что их правильно поняли. Они бесстрашны, храбры и редко идут на компромисс. Именно таких героев хочется видеть рядом в бою. Они не сдаются и не довольствуются малым. Окружающие восхищаются их внутренней силой. Волки привыкли к испытаниям, поэтому они выносливы. Второе имя волков — “честь”. Они обладают большой силой воли, а иногда соответствуют понятию “одинокий волк”. Волки надежды, они с удовольствием объединятся с вами, если вы разделяете их ценности.

<b>

Ястреб (25 ноября — 23 декабря) </b>

Вряд ли найдется более сосредоточенный знак, чем ястреб. Когда ястреб видит то, чего хочет, он устремляется за своей добычей с невероятной силой. Если же объект не представляет для ястреба интереса, он просто улетает туда, где находится нужная ему цель. Ястребы ищут мудрости и делятся ею с другими. Они могут быть очень щедры, могут стать филантропами. У ястребов отлично развито чувство равновесия, они летят по жизни с точным внутренним указателем “север там”. Они хорошие философы и широкими взглядами. У ястребов на все есть свое авторитетное мнение, их очень трудно переубедить

•••• http://1001historyfact.ru/keltskij-kalendar-znakov-zodiaka-s-udivitelnym-znacheniem/

</i>

๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛ ๛    

░░|░░|❤️░░|░░|░░|░░|░░|░░|

<b> Anatoly Golovkov

Израильские заметки

ПАСХА

</b>

░░|<i> Ну, что же, милые друзья из разных стран, Христов воскрес!

Близкие мне люди в Москве, и в Питере, и в Милане, и в Кракове, - повсюду, где есть вера чистая, а значит, и надежда на лучшую жизнь!

Света душе, мира дому, радость сердцу!

* * *

Отче наш, Иже еси на небесех!

Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.

Хлеб наш насущный даждь нам днесь;

и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должникам нашим;

и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго.

Яко твое есть царство и сила и слава во веки.

Аминь

Our Father, who art in heaven

Hallowed be thy Name, Thy kingdom come, Thy will be done, on earth as it is in heaven.

Give us this day our daily bread

And forgive us our trespasses, as we forgive those who trespass against us.

And lead us not into temptation, but deliver us from evil.

For thine is The kingdom, And the power, And the glory, For ever and ever.

Amen.</i>|░░

هههههههههههه ه هههههههههههه ه

ههههههههههههه ه

<b>

Владимир Набоков

Пасхальный дождь

</b>

<i>

В этот день одинокая и старая швейцарка, Жозефина Львовна, как именовали ее в русской семье, где прожила она некогда двенадцать лет, купила полдюжины яиц, черную кисть и две пурпурных пуговицы акварели. В этот день цвели яблони, и реклама кинематографа на углу отражалась кверх ногами в гладкой луже, и утром горы за озером Лемана были подернуты сплошной шелковистой дымкой, подобной полупрозрачной бумаге, которой покрываются офорты в дорогих книгах. Дымка обещала погожий день, но солнце только скользнуло по крышам косых каменных домишек, по мокрым проволокам игрушечного трамвая, и снова растаяло в туманах; день выдался тихий, по-весеннему облачный, а к вечеру пахнуло с гор тяжелым ледяным ветром, и Жозефина, шедшая к себе домой, так закашлялась, что в дверях пошатнулась, побагровела, оперлась на свой туго спеленутый зонтик, узкий, как черная трость.

В комнате уже было темно. Когда она зажгла лампу, осветились ее руки, худые, обтянутые глянцевитой кожей, в старческих веснушках, с белыми пятнышками на ногтях.

//////////////////////

Жозефина разложила на столе свои покупки, сбросила пальто и шляпу на постель, налила воды в стакан и, надев пенсне с черными ободками, - от которых темно-серые глаза ее стали строгими под густыми, траурными бровями, сросшимися на переносице, - принялась красить яйца. Но оказалось, что акварельный кармин почему-то не пристает, надо было, пожалуй, купить какой-нибудь химической краски, да она не знала, как спрашивать, постеснялась объяснить. Подумала: не пойти ли к знакомому аптекарю, заодно достала бы аспирину. Тело было так вяло, от жара ныли глазные яблоки; хотелось тихо сидеть, тихо думать. Сегодня у русских страстная суббота.

Когда-то на Невском проспекте оборванцы продавали особого рода щипцы. Этими щипцами было так удобно захватить и вынуть яйцо из горячей темно-синей или оранжевой жидкости. Но были также и деревянные ложки; легко и плотно постукивали о толстое стекло стаканов, в которых пряно дымилась краска. Яйца потом сохли по кучкам - красные с красными, зеленые с зелеными. И еще иначе расцвечивали их : туго обертывали в тряпочки, подложив бумажку декалькомани, похожую на образцы обоев. И после варки, когда лакей приносил обратно из кухни громадную кастрюлю, так занятно было распутывать нитки, вынимать рябые, мраморные яйца из влажных, теплых тряпок; от них шел нежный пар, детский запашок.

//////////////////////////////

Странно было старой швейцарке вспоминать, что, живя в России, она тосковала, посылала на родину, друзьям, длинные, меланхолические, прекрасно написанные письма о том, что она всегда чувствует себя лишней, непонятой. Ежедневно после завтрака ездила она кататься с воспитанницей Элен в широком открытом ландо; и рядом с толстым задом кучера, похожим на исполинскую синюю тыкву, сутулилась спина старика-выездного, - золотые пуговицы, кокарда. И из русских слов она только и знала, что: кутчер, тиш-тиш, нитчего...

Петербург покинула она со смутным облегчением, - как только началась война. Ей казалось, что теперь она без конца будет наслаждаться болтовней вечерних друзей, уютом родного городка. А вышло как раз наоборот: настоящая ее жизнь - то есть та часть жизни, когда человек острее и глубже всего привыкает к вещам и к людям, - протекла там, в России, которую она бессознательно полюбила, поняла и где нынче Бог весть что творится... А завтра - православная Пасха.

Жозефина Львовна шумно вздохнула, встала, прикрыла плотнее оконницу. Посмотрела на часы, - черные, на никелевой цепочке. Надо было все-таки что-нибудь сделать с яйцами этими: она предназначила их в подарок Платоновым, пожилой русской чете, недавно осевшей в Лозанне, в родном и чуждом ей городке, где трудно дышать, где дома построены случайно, вповалку, вкривь и вкось вдоль крутых угловатых улочек.

Она задумалась, слушая гул в ушах, потом встрепенулась, налила в жестяную банку пузырек лиловых чернил и осторожно опустила туда яйцо.

///////////////////////////////////////////////////////////////////

Дверь тихо отворилась. Вошла, как мышь, соседка, м-ль Финар - тоже бывшая гувернантка, - маленькая, худенькая, с подстриженными, сплошь серебряными волосами, закутанная в черный платок, отливающий стеклярусом. Жозефина, услыша ее мышиные шажки, неловко прикрыла газетой банку, яйца, что сохли на промокательной бумаге:

- Что вам нужно? Я не люблю, когда входят ко мне так...

М-ль Финар боком взглянула на взволнованное лицо Жозефины, ничего не сказала, но страшно обиделась и молча, все той же мелкой походкой, вышла из комнаты.

Яйца были теперь ядовито-фиолетового цвета. На одном - непокрашенном она решила начертить две пасхальных буквы, как это всегда делалось в России. Первую букву "Х" написала хорошо, - но вторую никак не могла правильно вспомнить, и в конце концов вышло у нее вместо "В" нелепое кривое "Я". Когда чернила совсем высохли, она завернула яйца в мягкую туалетную бумагу и вложила их в кожаную свою сумку.

Но какая мучительная вялость... Хотелось лечь в постель, выпить горячего кофе, вытянуть ноги... Знобило, кололо веки... И когда она вышла на улицу, снова сухой треск кашля подступил к горлу. На дворе было пустынно, сыро и темно. Платоновы жили неподалеку. Они сидели за чайным столом, и Платонов, плешивый, с жидкой бородкой, в саржевой рубахе с косым воротом, набивал в гильзы желтый табак, - когда, стукнув в дверь набалдашником зонтика, вошла Жозефина Львовна.

- А, добрый вечер, Mademoiselle...

Она подсела к ним, безвкусно и многословно заговорила о том, что завтра - русская Пасха. Вынула по одному фиолетовые яйца из сумки. Платонов приметил то, на котором лиловели буквы "Х. Я.", и рассмеялся.

//////////////////////////////////////////////////////////////

- Что это она еврейские инициалы закатила...

Жена его, полная дама со скорбными глазами, в желтом парике, вскользь улыбнулась; равнодушно стала благодарить, растягивая французские гласные. Жозефина не поняла, почему засмеялись. Ей стало жарко и грустно. Опять заговорила; чувствовала, что говорит совсем не то, - но не могла остановиться:

- Да, в этот момент в России нет Пасхи... Это бедная Россия. О, я помню, как целовались на улицах. И моя маленькая Элен была в этот день как ангел... О, я по целым ночам плачу, когда думаю о вашей прекрасной родине...

Платоновым было всегда неприятно от этих разговоров. Как разорившиеся богачи скрывают нищету свою, становятся еще горделивее, неприступнее, так и они никогда не толковали с посторонними о потерянной родине, и потому Жозефина считала втайне, что они России не любят вовсе. Обычно, когда она приходила к ним, ей казалось, что вот начнет она говорить со слезами на глазах об этой прекрасной России, и вдруг Платоновы расплачутся и станут тоже вспоминать, рассказывать, и будут они так сидеть втроем всю ночь, вспоминая и плача, и пожимая друг другу руки.

А на самом деле этого не случалось никогда... Платонов вежливо и безучастно кивал бородкой, - а жена его все норовила расспросить, где подешевле можно достать чаю, мыла.

Платонов принялся вновь набивать папиросы; жена его ровно раскладывала их в картонной коробке. Оба они рассчитывали прилечь до того, как пойти к заутрене - в греческую церковь за углом... Хотелось молчать, думать о своем, говорить одними взглядами, особыми, словно рассеянными улыбками, о сыне, убитом в Крыму, о пасхальных мелочах, о домовой церкви на Почтамтской, а тут эта болтливая сентиментальная старуха с тревожными темно-серыми глазами, пришла, вздыхает, и так будет сидеть до того времени, пока они сами не выйдут из дому.

///////////////////////////////////////////////////////////

Жозефина замолкла: жадно мечтала о том, что, быть может, ее пригласят тоже пойти в церковь, а после - разговляться. Знала, что накануне Платоновы пекли куличи, и хотя есть она, конечно, не могла, слишком знобило, - но все равно, - было бы хорошо, тепло, празднично.

Платонов скрипнул зубами, сдерживая зевок, и украдкой взглянул себе на кисть, на циферблат под решеточкой. Жозефина поняла, что ее не позовут. Встала.

- Вам нужно немного отдыха, мои добрые друзья. Но до того, как уйти, я хочу вам сказать...

И, близко подойдя к Платонову, который встал тоже, - она звонко и фальшиво воскликнула:

- Кристосе Воскресе.

Это была ее последняя надежда вызвать взрыв горячих сладких слез, пасхальных поцелуев, приглашенья разговеться вместе... Но Платонов только расправил плечи и спокойно засмеялся.

- Ну вот видите, Mademoiselle, вы прекрасно произносите по-русски...

Выйдя на улицу, она разрыдалась - и шла, прижимая платок к глазам, слегка пошатываясь и постукивая по панели шелковой тростью зонтика. Небо было глубоко и тревожно: смутная луна, тучи, как развалины. У освещенного кинематографа отражались в луже вывернутые ступни курчавого Чаплина. А когда Жозефина проходила под шумящими, плачущими деревьями вдоль озера, подобного стене тумана, то увидела: на краю небольшого мола жидко светится изумрудный фонарь, а в черную шлюпку, что хлюпала внизу, влезает что-то большое, белое... Присмотрелась сквозь слезы: громадный старый лебедь топорщился, бил крылом, и вот, неуклюжий, как гусь, тяжко перевалился через борт; шлюпка закачалась, зеленые круги хлынули по черной маслянистой воде, переходящей в туман.

///////////////////////////////////////////////////

Жозефина подумала - не пойти ли все-таки в церковь? Но так случилось, что в Петербурге она только бывала в красной кирке, в конце Морской улицы, и теперь в православный храм входить было совестно, не знала, когда креститься, как складывать пальцы, - могли сделать замечание. Прохватывал озноб. В голове путались шелесты, чмоканье деревьев, черные тучи, - и воспоминанья пасхальные - горы разноцветных яиц, смуглый блеск Исакия...

Туманная, оглушенная, она кое-как дотащилась до дому, поднялась по лестнице, стукаясь плечом о стену, - и потом, шатаясь, отбивая зубами дробь , стала раздеваться, ослабела - и с блаженной, изумленной улыбкой повалилась на постель. Бред, бурный, могучий, как колокольное дыхание, овладел ею. Горы разноцветных яиц рассыпались с круглым чоканьем; не то солнце, не то баран из сливочного масла, с золотыми рогами, ввалился через окно и стал расти, жаркой желтизной заполнил всю комнату. А яйца взбегали, скатывались по блестящим дощечкам, стукались, трескалась скорлупа, - и на белке были малиновые подтеки...

Так пробредила она всю ночь, и только утром еще обиженная м-ль Финар вошла к ней - и ахнула, всполошилась, побежала за доктором:

- Крупозное воспаление в легком, Mademoiselle.

//////////////////////////////////////////////

Сквозь волны бреда мелькали: цветы обоев, серебряные волосы старушки, спокойные глаза доктора, - мелькали и расплывались, - и снова взволнованный гул счастья обдавал душу, сказочно синело небо, как гигантское крашеное яйцо, бухали колокола и входил кто-то, похожий не то на Платонова, не то на отца Элен, - и, входя, развертывал газету, клал ее на стол, а сам садился поодаль - и поглядывал то на Жозефину, то на белые листы, со значительной, скромной, слегка лукавой улыбкой. И Жозефина знала, что там, в этой газете, какая-то дивная весть, но не могла, не умела разобрать черный заголовок, русские буквы, - а гость все улыбался и поглядывал значительно, и казалось, что вот-вот он откроет ей тайну, утвердит счастье, что предчувствовала она, - но медленно таял человек, наплывало беспамятство - черная туча...

И потом опять запестрели бредовые сны, катилось ландо по набережной, Элен лакала с деревянной ложки горячую яркую краску, и широко сияла Нева, и Царь Петр вдруг спрыгнул с медного коня, разом опустившего оба копыта, и подошел к Жозефине, с улыбкой на бурном, зеленом лице, обнял ее, поцеловал в одну щеку, в другую, и губы были нежные, теплые, - и когда в третий раз он коснулся ее щеки, она со стоном счастия забилась, раскинула руки - и вдруг затихла.

Рано утром, на шестой день болезни, после кризиса, Жозефина Львовна очнулась. В окне светло мерцало белое небо, шел отвесный дождь, шелестел, журчал по желобам.

Мокрая ветка тянулась вдоль стекла, и лист на самом конце все вздрагивал под дождевыми ударами, нагибался, ронял с зеленого острия крупную каплю, вздрагивал опять, и опять скатывался влажный луч, свисала длинная, светлая серьга, падала...

/////////////////////////////////////////////////////////////////////

И Жозефине казалось, что дождевая прохлада течет по ее жилам, она не могла оторвать глаза от струящегося неба - и дышащий, млеющий дождь был так приятен, так умилительно вздрагивал лист, что захотелось ей смеяться, смех наполнил ее, - но еще был беззвучным, переливался по телу, щекотал нёбо - вот-вот вырвется сейчас...

Что-то зацарапало и вздохнуло, слева, в углу комнаты... Вся дрожа от смеха, растущего в ней, она отвела глаза от окна, повернула лицо: на полу ничком лежала старушка в черном платке, серебристые подстриженные волосы сердито тряслись, она ерзала, совала руку под шкаф, куда закатился клубок шерсти. Черная нить ползла из-под шкафа к стулу, где остались спицы и недовязанный чулок.

И, увидя черную спину м-ль Финар, ерзающие ноги, сапожки на пуговицах, - Жозефина выпустила прорывающийся смех, затряслась, воркуя и задыхаясь, под пуховиком своим, чувствуя, что воскресла, что вернулась издалека, из тумана счастия, чудес, пасхального великолепия.

Впервые: "Русское эхо" (Берлин), 12 апреля 1925 г.

### 

http://izbrannoe.com/news/iskusstvo/vladimir-nabokov-paskhalnyy-dozhd/

</i>

• ⊰ ❁ • •⊰ ❁ •

<b>Фёдор Тютчев</b>

<i>

* * *

День Православного Востока,

Святись, святись, великий день,

Разлей свой благовест широко

И всю Россию им одень!

Но и святой Руси пределом

Его призыва не стесняй:

Пусть слышен будет в мире целом,

Пускай он льется через край,

Своею дальнею волною

И ту долину захватя,

Где бьется с немощию злою

Мое родимое дитя,* –

Тот светлый край, куда в изгнанье

Она судьбой увлечена,

Где неба южного дыханье

Как врачебство лишь пьет она.

О, дай болящей исцеленья,

Отрадой в душу ей повей,

Чтобы в Христово Воскресенье

Всецело жизнь воскресла в ней.

16 апреля 1872

* Это стихотворение написано Ф.Тютчевым 16 апреля 1872 г.,

в день Святой Пасхи, и послано дочери поэта М.Ф.Тютчевой, умиравшей в то время в городе Рейхенгалле (Бавария).

</i>

• ❁ ⊱ • • ❁ ⊱ •

╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦

╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩╦╩ &emsp; <b> Anatoly Golovkov</b>

-----------------,MMM8&&&.

-------*------MMMM88&&&&&---*

-----------*-MMMM88&&&&&&&

-------------MMM88&&&&&&&&

-------*-----MMM88&&&&&&&&

--------------'MMM88&&&&&&'

-----------------'MMM8&&&' --- *&emsp; <b>Кошачьи истории</b>

---------|\___/|-------/\__/\

---------)-------(-------)--~--.( '

--------=\-----/=-----=\----./=

----------)===(---------)-~-(

---------/------\--------/----\

---------|-------|-------)-~---(

--------/--------\------/---~--\

--------\--------/------\~---~-/

_/\__/\_____/_/\_/\__~_/\_/\

--| | | || | | ( ( | | | | | | || ))| | | | |

--| | | | | | |) ) | | | | | | | //| | | | |

--| | | | | | ((| | | | || | | (( | | | | | |

--| | | | | | | | | | | | | | | |\)| | | | | |

&emsp; &emsp; <b> КОГДА МАРТ...</b>

<i>

Думаю, когда март склоняется над тобой, отсыпаешься на самом нижнем, пуховом, беспробудном этаже сна, час за часом. И слетает шелуха мороки и докуки.

Коты стараются не топать под окном, вороны не шуршат крыльями.

Белки прыгают с ветки на ветку бесшумно.

С воздуха дом охраняют облака, с земли сторожат спутанные ветки деревьев

Хорошо проснуться у залива, где дикие оливы среди травы, и море. В заливе кое-какая рыба. За полчаса попадутся пару глупых песчаников котам на радость.

Нет нужды объяснять этому миру, зачем ты на Азове или в Галилее, или где-то там еще.

Просто принять его, каким удался.

Тогда он накормит тебя гречкой, положит на хлеб ноздрястого сыру, напоит чаем из чабреца с медом.

Край, сто раз обнадеженный, сто раз обманутый, на краю света, но многим лучшего и не надо.

Вот он и сам же во все лучшее верит.

Зиму перевалили, а летом уж как-нибудь не пропадем...

</i>