✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑

❐    ИЗ ОБРЫВКОВ СТАРЫХ ЖУРНАЛОВ…Ъ

✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑  ✒ ✏  ✑

ПРИЯТНО ВСПОМНИТЬ!!!!

</b> ㋛ Актёрские байки ㋛</b> 

 Борис ЛЬВОВИЧ.

Актёрская курилка

<i>

         В пятидесятые годы в Московском цирке работал режиссер Арнольд Григорьевич Арнольд. Как писал о нем Юрий Никулин, «человек огромного темперамента, удивительной энергии — один из лучших режиссеров цирка!».

Вот какую историю записал в своем дневнике знаменитый «Домовой» — директор ЦДРИ Борис Филиппов:

«Арнольд очень дружил с Леонидом Утесовым, часто сиживал с ним за бутылкой чего-нибудь покрепче. Однажды засиделись. Арнольд стал уговаривать Утесова остаться: чего, мол, тащиться через всю Москву на ночь глядя, вот тебе кушетка, ложись и спи. Утесов ни в какую не соглашался. Мотивировал тем, что боится огромной собаки Арнольда, на которую и днем-то страшно смотреть, а ночевать с ней в одной квартире тем более. Да еще эта кушетка, которую хозяин предлагал для ночлега: Утесов знал, что обычно собака спит именно на ней, и не без оснований опасался, что зверюга будет недовольна.

И только когда Арнольд пообещал, что запрет собаку в чулан, Утесов согласился и остался. Ночью раздался грохот, и на спящего Утесова обрушилось нечто громадное и тяжелое. Эта собака вырвалась-таки из заключения и прыгнула на законную кушетку. Она устроилась на ногах Утесова и всем видом показывала, что не уйдет ни за что.

Перепуганный Утесов сдавленным голосом позвал Арнольда на помощь, причем, что интересно, по-еврейски. Хозяин пришел, прогнал собаку, долго и озадаченно смотрел на Утесова и, наконец, спросил:

"Лёдя, вот никак не могу в толк взять: почему ты меня по-еврейски позвал, никогда в жизни на идиш не общались?.."

На что Утесов плачущим голосом ответил:

"Чтобы твоя чертова собака не поняла, зачем я тебя зову!"»

☻  

   Утесов любил рассказывать, что такое настоящее мастерство конферансье. По случаю какого-то праздника — концерт в одесском порту. Публика та еще — грузчики и биндюжники. Артисты вертятся на пупе, смешат изо всех сил. В зале гвалт и гогот, принимают, в общем, хорошо, но уж очень бурно: реплики и все такое...

Конферансье, старый волк одесской эстрады, подбегает к пианисту: «Маэстро, ваш выход следующий, идите уже, что вы стоите, как памятник Дюку Ришелье!..»

Пианист, весь бледный и в поту, со стоном мотает головой: «Не пойду, не пойду, смотрите, какой зал, они же меня слушать не будут, будут топать и свистеть, какой ужас, боже мой!»

«Так, — сказал конферансье, — чтоб вы знали: слушают все. Главное — как подать номер! Стойте в кулисе и смотрите!» Твердым шагом выходит на сцену и, перекрывая шум зала, возглашает:

 «Загадка! На заборе написано слово из трех букв, начинается на букву "Хэ" — что?»

Зал в восторге ревет в ответ хорошо знакомое слово.

«Нет! — кричит конферансье. — Нет, чтоб вы пропали! Это слово "ХАМ"!

Так вот, босяки: Бетховен, "Лунная соната", и чтоб тихо мне!!!»

           </i>

≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡

☻ Продолжение следует…

≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡