1 сент. 2014 г.

   

<b>Валентин Гафт - про себя, Михалкова и Нинку Ворошилову</b>

Анна БАЛУЕВА (3 Августа 2014)
<i>
Истории, эпиграммы и высказывания мэтра

Этим летом из всех мастер-классов в Киноакадемии Михалкова тот, что давал Валентин Гафт, был самым магическим – при том, что мэтр не давал советов, не поучал, и тренингов, прости господи, не проводил. Он читал свои стихи и эпиграммы (полтора часа наизусть), перемежая их коротенькими зарисовками из жизни. И время от времени беспокоился, интересно ли, вопросы, может, зададите – нет? Студенты восторженно гудели: почитайте еще! Жаль, в тесных газетах уж давно никто не печатает стихов (миноборонщица Васильева не в счет). Но вот парочку историй, несколько высказываний и веселых эпиграмм Валентина Гафта мы опубликуем, хотя буквы, конечно, и не покажут волшебство интонаций актера.

ПРО МАТЧ "ДИНАМО" - ЦСКА В 1945 ГОДУ

- Тот поход с отцом на стадион никогда не забуду. Был потрясающий буфет, с колбасой невиданной красоты и вкуса, было ситро, которое я пил стаканами. А какие сказочные были туалеты, где "текла река Волга"! Я видел болельщиков после войны – это были другие болельщики, настоящие мужчины, обожженные войной. Болельщики пили, ели, курили, ругались, но они были другие, я бы сказал, интеллигентные. Иногда они спорили, причем громко, но все равно это был театр, где в каждом слове, жесте присутствовал элемент творчества, игры, а не хамства и жестокости. Словом, я вырос в другой стране

Про МХАТ и Нинку-проститутку

- Проучившись дней пять на первом курсе Школы-студии МХАТ, я думал, зачем нам все это?! Художники, картины, все о высоком. Да еще какой-то пионервожатый, в рубашке с засученными рукавами, слегка поддатый, поддакивал: «Да, что уж тут говорить, ребята» ... Это, кстати, был Олег Ефремов.

И мне все казалось каким-то бессмысленным и далеким, а вот дебоширы и пьяницы из моего дома на Матросской тишине – настоящим. Там было полно отсидевших. Вот где артисты, характеры и жизнь, думал я! И проститутки. В нашем доме жили три международного класса. За ними приезжали шикарные машины. Одну звали Нинка Ворошилова. И мечтой моей было когда-нибудь ее... Эх... И вот иду я спустя шесть дней учебы, а у подъезда стоит она - с ментом. А я бреду, уставший от всех этих знаний, как будто нобелевец. В общем, она, узнав, что я учусь на актерском, позвала меня к себе. Я пошел. Там тахта, торшер, виски, о котором я до этого только у Ремарка читал. И я лег на тахту и начал поражать ее всем, что узнал за эти шесть дней: что жизнь – это тоска, печаль... А она мне – раздевайся! И стала раздеваться сама. Я увидел ее грудь, попу - сорвал дверь и убежал. К чему это я.... Не надо играть какую-то выдуманную жизнь, она должна возникать из твоего собственного опыта. Школа, вызовут ли к доске, когда ничего не знаешь, встречи с товарищами, драки первые, женщина, любовь... Артист обязан это помнить. Пьеса - это вторая жизнь, тогда человеку интересно ее смотреть.


ПРО МУЖЧИНУ И ЖЕНЩИНУ


-  Мужчина - очень сложный организм, и,  в отличие от женщины, неустоявшееся существо. Женщина бывает гораздо преданнее и честнее, чем мужчина. У мужчин есть множество оправданий того, что он делает. В мужчине самое интересное -  талант. Если есть талант, его любят за это и многое прощают. Для женщины важны обаяние и теплота. Русская Татьяна скажет: "Нет, Онегин, я люблю другого". А француженка скажет мужу: "Пошел вон, я буду с Онегиным".

ПРО АКТЕРОВ

Боль или радость нужно играть так, как ты это понимаешь, не усиливая. Назначение актера – это быть честным перед самим собой. Это удовольствие, за которое платят здоровьем и получают деньги. Весь мир ты, может, и не удивишь, но шестьсот человек в зале - это уже много. Хотя бы их.
Кто очень быстро приходит к славе - я не верю в них. Гений может быть плохим человеком. Он очищает на сцене душу, и иногда это дает невероятный эффект.

ПРО СЕБЯ

Встреча со Столяровым в Сокольниках - я в 10 классе учился - решила мою судьбу. Я подошел к дяденьке и попросил помочь начитать басню - и он пригласил меня домой и репетировал со мной и меня приняли из-за того, что басню любопытно читал.

Вначале в кино у меня были никакие работы. Ну, целовался с Быстрицкой, стеснялся что-то там сказать. Был на подхвате. Снимались с Леоновым, мне говорят: «Стой здесь». Леонов проходит мимо меня и делает все блестяще. А я стою.

Нонна Мордюкова однажды позвонила по поводу одного фильма, говорит: картина говно, но у тебя будут великолепные крупные планы в отличие от женщины, неустоявшееся существо. Женщина бывает гораздо преданнее и честнее, чем мужчина. У мужчин есть множество оправданий того, что он делает. В мужчине самое интересное -  талант. Если есть талант, его любят за это и многое прощают. Для женщины важны обаяние и теплота. Русская Татьяна скажет: "Нет, Онегин, я люблю другого". А француженка скажет мужу: "Пошел вон, я буду с Онегиным".


ПРО МАТ

Закон о запрете мата в искусстве - это чушь. Вот когда девочки по улице идут и матерятся - вот с этим нужно бороться. Но в произведениях Льва Николаевича, Антона Павловича... живописный мат – это часть исследования души человеческой. Читаешь, и сразу понятно, о чем речь. С такими законами как бы ребенка с водой не выплеснуть! Я Швыдкому по этому поводу даже матерную эпиграмму написал.

ПРО МИХАЛКОВА

Никита Михалков в моей жизни что-то значит - с его папой я познакомился в 1964 году на одном из банкетов у Андрея Александровича Гончарова - он ставил подряд 4 пьесы Боровика и любил грибы собирать к тому же. А я никогда до этого ничего не сочинял. И тут говорю с выражением и накалом: «грибных дел мастер Гончаров в лесу грибы искать здоров, так гончаровская рука нашла в лесу боровика».

Сергей Владмирович мне говорит: не читай, как Маяковский, просто пиши, а я буду их печатать. А потом пошли эпиграммы – мои и не мои, и в том числе «Три Михалковых по тебе ползут». Я Сергею Владимировичу объяснил, что это эпиграмма написана в конце 17 века, только фамилия там другая была. Но Никита на меня обиделся: «Какой-то там Гафт, говорит, что мы ползем. А мы не ползем! Караван идет, а собака лает». Но потом мы с ним повстречались в Кремле – нам обоим вручали награды.

Он идет навстречу мне по коридору, остановились мы приблизительно как Дантес и Пушкин. Я ему: Никита я не писал…» А он здоровый, с мускулами – ну, думаю, сейчас шарахнет. Но Никита огромными своими руками, грудью и хорошо пахнущим лицом - всем, чем мог - обнял меня, и мы стояли, как будто встретились двое разных полов. И он сказал: «Приходи сниматься в «12», без проб».



⋱⋱⋱   ⋰⋰⋰

Комментариев нет:

Отправить комментарий