16 апр. 2017 г.

                         

    ИЗ ОБРЫВКОВ СТАРЫХ ЖУРНАЛОВ…Ъ

                         

<b> Актёрские байки
</b> <b>
Изюм из булки. Виктор Шендерович
</b>
<i>
<b> Только "Правда"...
</b>
  В Рейкьявике идет матч за шахматную корону: Спасский -- Фишер! Иногда мы даже разбираем с отцом партии. Я люблю шахматы, на скучных уроках играю сам с собой на тетрадном листке в клеточку. Делается это так: в тетради в клетку шариковой ручкой рисуется доска (половина клеток закрашивается той же ручкой), а карандашом, тоненько, рисуются фигуры. Ход делается в два приема: фигура стирается ластиком и рисуется на новом месте.
      Но я отвлекся, а в Рейкьявике Спасский -- Фишер Какое-то время этот матч -- чуть ли не главное событие в прессе: через день публикуются партии с пространными комментариями... Потом комментарии помаленьку скукоживаются, потом исчезают тексты партий. А потом однажды я читаю (петитом в уголке газеты): вчера в Рейкьявике состоялась такая-то партия матча на первенство мира. На 42-м ходу победили черные.
      А кто играл черными? И кого они победили? И что там вообще происходит, в Рейкьявике?..
      Так я впервые был озадачен советской прессой.
      О, это умение сказать и не сказать! Уже много лет спустя, в андроповские времена, всей стране поставило мозги раком сообщение ТАСС о южнокорейском лайнере, нарушившем наше воздушное пространство: "На подаваемые сигналы и предупреждения советских истребителей не реагировал и продолжал полет в сторону Японского моря".
      Как это: продолжал полет в сторону Японского моря? По горизонтали или по вертикали? Стреляли по нему или нет? Военный был самолет или все-таки пассажирский? Понимай как хочешь.
      А еще лучше не понимай. Напрягись вместе со всем советским народом -- и не пойми.

<b>
Галич
</b>
Дорога в стройотряд: плацкартное купе, оккупированное молодежью семидесятых с гитарами в руках и либерализмом в башках. Человек, наверное, двадцать набилось.
      А на нижней полке, свернувшись калачиком, спит бабка -- полметра той бабки, не больше... Ну и бог с ней. Поехали! Взяли чаю, накатили какой-то спиртной ерунды, расчехлили гитары, и началось вперемежку: Высоцкий да Ким, да какой-то самострок, да Визбор с Окуджавой...
      Допелись до Галича. А что нам, молодым-бесстрашным!..
      А бабка спит себе -- глуховатая, слава богу, да и, мягко говоря, не городская. Спели "Облака", дошли до "Памятников". Пока допели, поезд как раз притормозил и остановился.
      -- И будут бить барабаны! Тра-та-та-та Бабка зашевелилась, приподнялась, мутно поглядела вокруг и сказала:
      -- А-а... Галич...
      И снова легла.
      Тут нам, молодым-бесстрашным, резко похужело. Бабка-то бабка, а в каком чине? Нехорошая настала тишина, подловатая... В этой тишине поезд, лязгнув сочленениями, дернулся, и мимо окна проплыло название станции.
      Станция называлась - Галич.
     </i>

Комментариев нет:

Отправить комментарий