♡

❂

✿ ❂ ❀

✿ ❀ ❂ ♡ ❃

♡ ✿ ❀ ♡ ❂ ❃ ❁ ❋ ♡

✿ ❀ ♡ ❂  ❃❁ ❋ ❂  ♡✾ ✽

<i>  <b>

С днём рождения,

Евгений Ясин!

С днём рождения,

Кама Гинкас!

</b></i> 

<i>  <b>

&emsp;  &emsp;   Знаменитый режиссер Кама Гинкас — о нерве времени, смысле протеста и о том, стоит ли вообще «заморачиваться»...

</b>

...В последние годы я стал мало читать. Только по делу и очень избирательно. А тут вдруг Ирина Уварова присылает книгу Юлия Даниэля, две старые его повести.

Одна из них — скандальная, вышедшая на Западе в советское время и повлекшая за собой процесс Синявского — Даниэля: повесть «Говорит Москва», а вторая, совсем мне не известная, — «Искупление».

Прочел я эти две повести, и меня не то что захватило, — ударило. Ошеломило. Просто вышибло. Помните, про что история? Вроде как анекдотическая.

///////////////////

 <i>  

Обычная, может, даже интеллигентная, легкомысленно существующая, выпивающая, травящая анекдоты, баб трахающая и интригующая между собой молодежь — вдруг на одной из вечеринок слышит объявление по радио: через месяц или два назначается День открытых убийств. Народ сначала, естественно, не понимает, как это может быть. Конечно, о том, что где-то кого-то почему-то расстреливали, вроде все знали, но.. «День ОТКРЫТЫХ убийств» звучит как-то уж слишком. Народ даже пытается юморить по этому поводу. Времени до этого Дня еще много. Так что можно продолжать жить, как жили: выпивать, дурака  валять, ходить на работу. Но чем ближе дата, тем явственнее чувствуется: вокруг что-то происходит. С каждым днем на улице все меньше и меньше народу, люди как-то стараются друг с другом не встречаться. Причем в указе четко сказано: нельзя убивать детей, милиционеров, вагоновожатых, грабить нельзя, еще чего-то нельзя...

То есть убийства разрешены не все и в строгих временных ограничениях.

И все-таки наш герой, прожженный бабник, весельчак, бывший фронтовик  (т.е. такой, понимаю я, как сам Даниэль) думает, что, пожалуй, лучше пересидеть дома этот день. Но потом его берет злость. Как же так? Неужели он так и будет отсиживаться? И неужели все трусливо не выйдут на улицу?! Утром Дня открытых убийств он решительно собирается.

Сначала выходит в коридор своей коммунальной квартиры, где десять комнат, и в каждой — своя семья, своя компания. Обычно квартира утром кишит людьми, все торопятся на работу… На этот раз в коридоре, в сортире, на кухне — никого. Как в пустыне. Он идет, потому что не может не идти. Он должен, несмотря на День открытых убийств. Ведь он ни в чем не виноват. Поэтому… Чего ему бояться? И он идет и идет по вымершим улицам. Доходит до Красной площади. Там тоже почти безлюдно. Только несколько каких-то людей, чем-то напоминающих самого героя, маячат. 

 ////////////////////////////

<i>  

Караул № 1: две застывшие мумии караулят третью мумию. И вдруг кто-то набрасывается на него сзади, стараясь то ли удушить, то ли убить. Он делает несколько резких движений, сбрасывает с себя этого человека и слышит его слова: «Ну, тогда ты убивай». Видимо, такие правила, понимает герой.

Он поднимает голову: ничего не изменилось. Красная площадь. Мавзолей. Как караулили две мумии третью, так и продолжают ее караулить. Только пыль осела на сапоге застывшего курсанта.

Проходит День открытых убийств, и наступает 7 Ноября. Главный герой — опять в компании: все встречаются, выпивают-закусывают, мужчины кокетничают с дамами, и те и другие предвкушают какие-то ночные похождения. И вдруг кто-то спрашивает: «Ну, как ты провел тот день?» — «Ой, я просидел весь день дома». — «И я просидел». И люди начинают весело (с юмором!) обсуждать, как прошел День (вдумайтесь!) открытых убийств. Потом кто-то рассказывает, что по всему Советскому Союзу убили 70 человек — только 70. В Таджикистане или Узбекистане, не помню, убивали главным образом русских. Страшная резня  происходила между армянами и азербайджанцами в Карабахе. На Украине переусердствовали, превысив процент допустимых убийств, поэтому потом уволили кого-то из высоких начальников. В Литве отказались убивать, но республику обвинили в невыполнении указа партии и правительства.

И все это молодые люди рассказывают весело. Самое ужасное — что рассказывают, как анекдот.

Вот с этого момента в тебя входит ужас. Нет, раньше,  с того момента как герой выходит в пустынную коммуналку. Каким-то образом автору удается включить меня в действие невероятно сильно, и меня просто начинает потряхивать от этого ощущения пустоты и опасности в обыкновенной коммунальной квартире.

Полностью читать ➥ https://www.novayagazeta.ru/articles/2015/05/21/64223-kama-ginkas-171-8230-kto-to-kogo-to-ubil-na-mostu-ryadom-s-kremlem-187

</i>

❀  ❂  ❀