<i> Масленица. Утром, после того, как принял непростое, мучительно выстраданное решение прекратить завтракать, отставить в сторону тарелку с блинами, не облизывать ложку из банки с вишневым вареньем, не допивать чай, в который сам же и налил треть стакана рома, надеваешь старую, поеденную молью, дубленку, выходишь во двор, закладываешь руки за спину, смотришь на бегущие по пронзительно синему небу облака, чувствуешь, как в заложенные за спину руки тычется чей-то холодный нос и вынюхивает остатки запахов блинов, варенья, сметаны, малосольной форели и сладкой творожной начинки, не оборачиваясь щекочешь у этого носа за ухом и думаешь о том, что ближе к обеду надо будет запереться у себя в комнате, сказаться больным, не отвечать на стук, оставаться совершенно глухим к словам гороховый суп, копченая грудинка, сухарики, селедка, рябиновка, ты же сам ее настаивал, я запру блины в холодильнике и не выпущу до самого конца обеда…, да ты их не узнаешь, если увидишь – ни капли варенья и сметаны, только шоколадная глазурь и ломтики персиков из компота… ты помнишь компот, который мы прошлым июлем в литровые банки… ты тогда еще объелся ватрушками и тебе…
Комментариев нет:
Отправить комментарий