&emsp;<b> Ксения Ларина

<i> 

Хочу сказать,о чем хочется кричать.
Алексей Малобродский, театральный продюсер, сидит в СИЗО девять месяцев, с 19 июня 2017 года.
Первое свидание с женой он получил только в ноябре.
За девять месяцев заключения они встречались шесть раз - по сорок минут, через грязное стекло, и шипящую телефонную трубку.
За девять месяцев Алексей Малобродский не получил права ни на один телефонный звонок - никому, ни жене, ни дочери.
10 января следствие объявило о том, что оно закончено, и что теперь фигуранты должны ознакомиться с материалами дела. Первый том дела Малобродскому принесли 20 марта. Два с половиной месяца он просто сидел в камере. Без всяких следственных действий. Теперь должен успеть прочитать более ста томов - в полумраке, от которого ухудшается зрение, читать эти бесконечные протоколы и финансовые отчеты. 
Сейчас ему вновь отказывают в свидании с женой, мотивируя свое решение одной фразой: «Как вы с нами, так и мы с вами.»
Объяснить смысл этой формулировки можно сразу и просто, это суть самого обвинения против Алексея Малобродского: как ты с нами, так и мы с тобой.
Малобродский за девять месяцев заключения не дал никаких показаний, которых от него ждали. Ни на кого. Следователи мстят ему за несговорчивость, мучают его близких, не пускают врачей, не дают свидания с женой, игнорируют право на телефонный звонок близким. Откровенная садистская мстительность без всяких причин кроме одной - будешь сидеть.
Я вот пытаюсь взвешивать каждое слово, когда пишу об этом, когда вижу его жену и его самого в суде- несломленного, сильного и честного человека. 

<i> 
Мои взвешенные слова ничего не весят. Поэтому не взвешенные: следователи по делу Седьмой студии прекрасно знают, что никакого дела Седьмой студии нет. Что нет там никакого преступления и хищения бюджетных средств, и нет никакой преступной группы , которая замыслила срубить бабла на проекте Платформа. Следователи по делу Седьмой студии брали бывшего директора Гоголь-центра и продюсера проекта Платформа Алексея Малобродского - в надежде, что он оговорит Кирилла Серебренникова, а когда поняли, что он этого не сделает, то решили его за за это засадить. И мстят ему в течение девяти месяцев, прессуя, шантажируя, унижая, лишая возможности свидания с женой и звонков близким.
Эта подлая история уже вошла в историю . 
Я понимаю и знаю, что в наших следственных изоляторах сидят в ожидании суда тысячи ни в чем не повинных людей, я понимаю и знаю, сколько невинно осужденных сидят в колониях. 
Я сама не раз бывала в наших судах - на Болотном деле, на процессе ЮКОСа, на процессе Алексея Козлова...
Это - театральное дело - для меня особое. Потому что я знаю этих людей, каждого. 
Вот уже многие месяцы Кирилл Серебренников, Юрий Итин, Софья Апфельбаум лишены возможности работать и жить свободной жизнью, а Алексей Малобродский по сути отбывает срок наказания в тюрьме- без суда и следствия. Последнее свидание с женой было в день его 60-летия, 15 февраля.Выдранное с боем, с унижением. Сквозь стекло. Без возможности коснуться друг друга.