✔

▣✉▣✉▣

✉         ✉▣

✉▣

  ✉

<b>Анна Ахматова - Иосифу Бродскому в дeр. Норинская :</b>

<i>

Иосиф, милый!

Так как число неотправленных Вам моих писем незаметно стало трехзначным, я решила написать Вам настоящее, т. е. реально существующее письмо (в конверте, с маркой, с адресом), и сама немного смутилась.

Сегодня Петров день – самое сердце лета. Все сияет и светится изнутри. Вспоминаю столько [самых] [таких] разных Петровых дней.

Я – в Будке. Скрипит колодезь, кричат вороны. Слушаю привезенную по Вашему совету «Дидону». Это нечто столь могущественное, что говорить о нем нельзя.

Оказывается, мы выехали из Англии на другой день после ставшей настоящим бедствием бури, о которой писали в газетах. Узнав об этом, я поняла, почему я увидела такой страшной северную Францию из окна вагона. Тогда подумала: «Такое небо должно быть над генеральным сраженьем». (День, конечно, оказался годовщиной Ватерлоо, что мне сказали в Париже.) Черные дикие тучи кидались друг на друга, вся земля была залита бурной мутной водой: речки, ручьи, озера вышли из берегов. Из воды торчали каменные кресты – там множество кладбищ и отдельных могил от последней войны.

===== 2

<i>

Потом был Париж, раскаленный и неузнаваемый. Потом обратный путь, когда хотелось только одного – скорей в Комарово; потом – Москва и на платформе все с цветами, все как в самом лучшем сне.

Унялись ли у Вас комары? У нас их уже нет. Мы с Толей заканчиваем перевод Леопарди, а в это время стихи бродят где-то далеко, перекликаясь между собою, и никто не едет со мной туда, где сияет растреллиевское чудо – Смольный Собор.

И в силе остаются Ваши прошлогодние слова: «Главное – это величие замысла».

Благодарю за телеграмму – античный стиль Вам очень удается, как в эпистолярном жанре, так и в рисунках; когда я их вижу, всегда вспоминаю иллюстрации Пикассо к «Метаморфозам».

Читаю дневники Кафки.

Напишите мне.

Ахматова

12 июля 1965.
Комарово

▣✉▣✉▣

✉&emsp;        ✉▣

✉▣

&emsp; ✉

<b>

7 августа 1961 года Иосиф Бродский познакомился с A.A. Ахматовой.

</b>

...<i>

«С Ахматовой его точно познакомил я. Дело в том, что моя тётка знала Анну Андреевну и познакомила меня с ней в 11 лет. Меня привели в гостиницу «Бристоль» и объяснили, кого я увижу. Кстати, потом, через десять лет, когда я оказался у Ахматовой вновь, она вспомнила эту встречу – у неё была феноменальная память! Так вот, есть такое местечко под Петербургом – Комарово. Там у Ахматовой была маленькая дача. И я решил познакомить Иосифа с ней. Когда мы шли к Анне Андреевне, он был очень удивлён – думал, что Ахматова умерла ещё до революции. В то лето мы много времени проводили у неё. Бродский читал свои стихи, я свои. Мы стали близкими друзьями.»</i>

<b>

Евгений Рейн

</b>

***<i>

«Несомненно, она первая поняла потенциальный, тогда еще далеко не реализованный размах поэтического таланта Бродского и масштаб его личности.

Ахматова обращалась к Бродскому как к равному: "Иосиф, мы с вами знаем все рифмы русского языка..."

Ей и Н.Я.Мандельштам молодой поэт, «младший Ося», внешне, манерой поведения напоминал своего великого тезку. Очевидно, что для Ахматовой сходство было не только внешним. В дневниковой записи 1963 года читаем: "Что-то в отношении ко мне другого Иосифа напоминает мне Мандельштама."

Это и определило неожиданное при полувековой разницe в возрасте отношение Ахматовой к Бродскому как к равному, чьи высказывания производят на нее порой глубокое впечатление. Так, в дневнике и письмах она неоднократно возвращается к мысли Бродского о том, что главное в поэзии – это величие замысла.»</i>

<b>

Лев Лосев </b>