✔✔

\̵͇̿̿\ \̵͇̿̿\ \̵͇̿̿\ \̵͇̿̿\ \̵͇̿̿\ 

<i> 

 С Хлебниковым я был знаком, хотя надо сказать, что слово ‘знаком’ по отношению к Хлебникову не подходит. Хлебников был, вероятно, самым молчаливым человеком, который когда-либо существовал на земле. Он всегда молчал. Я больше всего помню Хлебникова по «Бродячей собаке», этому знаменитому петербургскому кабаре, где он постоянно бывал, как и Маяковский, Кручёных, Бурлюки. И все они буйствовали: Маяковский на эстраде кричал, его стаскивали вниз. Я помню случай, когда его втащили на эстраду, и он прочёл стихотворение из восьми строк, описывая, как он идёт по улице. Кончалось оно так: „А с неба смотрела какая-то дрянь, величественно, как Лев Толстой“. Но его тут же стащили с эстрады, стали бить по голове, он что-то выкрикивал, но как раз этого-то они и хотели: поскандалить. Поскандалить, чтобы обратить на себя внимание.

Хлебников сидел и молчал, понурив голову и ни разу не открыв рта. Здесь придётся вспомнить о Мандельштаме, человеке разговорчивом, но совсем не в стиле футуристов, к тому же говорящем блестяще. Как-то Мандельштам, по привычке, говорил и говорил и... вдруг остановился. „Я не могу продолжать, — сказал он, — потому что в соседней комнате молчит Хлебников“. И действительно — в молчании Хлебникова была какая-то значительность. Он был человек, несомненно, искренний, без всякого притворства и ломания, человек, погружённый в какие-то свои фантастические мысли, иногда в какие-то цифровые выкладки: когда настанет конец света, или когда появится новая комета.

<b>

Георгий Адамович. </b>«Маяковский и Хлебников»)

===== 2

* * *

<i>

Велимир Хлебников, мой близкий товарищ, был по сравнению с другими поэтами странен, неотразим и патологически молчалив. Иногда у меня — в Петербурге или в Куоккале мы проводили длинные бессонные ночи, не произнеся ни одного слова. Забившись в кресло, похожий на цаплю, Хлебников пристально смотрел на меня, я отвечал ему тем же. Было нечто гипнотизирующее в этом напряженном молчании и в удивительно выразительных глазах моего собеседника. Я не помню, курил он или не курил. По всей вероятности — курил. Не нарушая молчания, мы не останавливали нашего разговора, главным образом об искусстве, но иногда и на более широкие темы, до политики включительно. 132 Однажды, заметив, что Хлебников закрыл глаза, я неслышно встал со стула, чтобы покинуть комнату, не разбудив его.

— Не прерывайте меня, — произнес вслух Хлебников, не открывая глаз, — поболтаем еще немного. Пожалуйста!

<b>

Юрий Анненков . </b>"Дневник моих встреч"

Публикация Вадим Долинин