<i><b>

✑ Крылатые слова. И выражения тоже крылатые. ✈

СтароеЪ, староеЪ… и не только московскоеЪ

</i></b>

<b>

❏   И сшиты не по-русски широкие штаны

</b>

<i>

Из стихотворения «Коричневая пуговка» советского поэта Алексея Александровича Суркова. Он пишет о том, как «у самой у границы» бдительные пионеры задержали иностранного шпиона. А выдали его мелкие детали одежды:

А пуговки-то нету у заднего кармана,

И сшиты не по-русски широкие штаны.

 А в глубине кармана патроны для нагана

И карта укреплений советской стороны.

Цитируется как иронический комментарий (с аллюзией на времена «холодной войны») по поводу чьей-либо излишней подозрительности, шпиономании.

</i>

•••

<b>

❏   И ты, Брут!

 </b>

<i>

Из трагедии «Юлий Цезарь» Уильяма Шекспира. Эти слова произносит Цезарь, увидев среди напавших на него убийц-заговорщиков своего воспитанника Брута.

Принято считать, что император Юлий Цезарь произнес такую фразу в момент своей гибели:

«Et tu, Brute?».

Но ученые считают это только легендой или недостоверным устным сообщением. Уже в античную эпоху римский историк Светоний (Гай Светоний Транквилл, ок. 70 — ок. 140) в своем труде «Жизнь двенадцати Цезарей» сообщает, что Юлий Цезарь, получив первую рану, не проронил ни слова, а только глубоко вздохнул. С другой стороны, историк тут же добавляет: «рассказывали, что при виде наступавшего на него Брута Цезарь сказал по-гречески: «И ты, дитя мое?..»

Таким образом, уверенно можно сказать только то, что эти слова произносит главный герой шекспировской пьесы, благодаря которой они, собственно, и стали «известной исторической фразой».

Фраза-символ предательства, отступничества, измены (иногда - шутливо-иронически)

</i>

•••

<b>

❏    И у стен есть уши

</b>

<i>

Впервые выражение встречается в испанской литературе — в пьесе (действ. 2, явл. 8) «Валенсианская вдова» (1620) испанского драматурга Лопе де Вега, позже — в романе «Дон Кихот» Мигеля Сервантеса де Сааведра.

Иносказательно: призыв к осторожности в высказываниях даже во внешне безопасных условиях; напоминание об опасности быть подслушанным.

</i>

<i><b>

░    Памяти Георгия Владимова

</i></b>

<i>

Георгий Владимов трудно расставался с рукописями. Он работал медленно и дописывал прозу даже после увенчания ее премиальными лаврами, как это было с “Генералом и его армией”. Он был прозаиком классической выделки и рисковым человеком, внезапным в намерениях и неожиданным в реакциях. Будучи уже тяжело больным, в одиночку отправился на автомобиле через всю Германию в сторону России.

Владимов был не декларативно привязан к России. Он был счастлив в августе 1991-го, когда увидел воочию, как “из толпы рождается народ” — так он сказал по радио “Свобода”. Он был “закрытым” патриотом, прячущим свою оскорбленную любовь изгнанника, свое чувство причастности к стране глубоко внутри своих книг. Только внимательному читателю — но, впрочем, других у Владимова нет и не будет — внятна эта скрытая теплота особенного владимовского патриотизма.

Пока шла Франкфуртская книжная ярмарка, на гостеприимную площадку которой высадился десант в сто с лишним русских литераторов, Владимов умирал от рака в висбаденской больнице, в получасе езды от “круглых столов” и “авторских чтений”.

Он был человеком свободным. Свободным — в том числе и от обременительных литературных связей. Его невозможно было представить ни в новом салоне, ни на очередном сборище талантов. Он не был модным писателем. Никакая литературная мода или веяние не могли его заинтересовать, тем более — подчинить. Он был занят серьезным делом, рассчитанным на целую жизнь. Сдвигая общественное сознание тщательно отобранными, весомыми словами, он не нуждался в комплиментах и оставался равнодушен к хуле.

Из семидесяти двух прожитых им лет более полувека были отданы литературе. Изначальный знак его будущей принадлежности к ней, знак добровольного принятия на себя обязанностей русского писателя, — визит курсанта Суворовского училища Владимова к опальному Михаилу Зощенко.

Первая публикация прозаика Владимова состоялась в журнале “Новый мир” (1961), где он тогда и работал в отделе прозы. Это была повесть “Большая руда”, созданная по впечатлениям командировки молодого сотрудника. Написанную вроде бы в русле советской “производственной” литературы 60-х повесть отличала свежесть индивидуального взгляда на личность. Но о глубине мыслей молодого Владимова все-таки свидетельствует не “Большая руда”, а тот факт, что в те же годы он показывает редактору “Нового мира” Александру Твардовскому первый вариант своего будущего шедевра — и шедевра русской прозы второй половины ХХ века — “Верного Руслана”. В 60-е годы был создан роман “Три минуты молчания”, публикация которого в 1969-м была последней публикацией Владимова в СССР. Не скрытно, не конспиративно занимающийся запрещенной деятельностью по защите прав человека, в 1977-м Владимов становится руководителем московского отделения “Международной амнистии”. Эмигрировав в Германию в 1983-м, Владимов возглавляет журнал “Грани”. Характер у Владимова был сложный, бескомпромиссный, и на этом посту он пробыл недолго.

С началом гласности Владимов возвращается на родину публикациями, а потом и обретая российское гражданство. “Верный Руслан” выходит миллионным тиражом в журнале “Знамя” и здесь же через несколько лет печатается роман “Генерал и его армия”, удостоенный в 1995-м премии Букер, а в 2001-м — премии “Букер десятилетия”.

Вряд ли точным будет сказать, что он жил на два дома — в Нидерхаузене и на литфондовской даче в Переделкине, — но два этих адреса у него были.

С уходом Владимова из жизни заканчивается не календарный, а настоящий ХХ век: Владимов — талантливейший продолжатель толстовской традиции в русской прозе и едва ли не талантливейший ее завершитель. Но и особым даром владел Владимов: найти самые болезненные, самые драматичные точки в разорванном народном сознании подсоветского времени. Ясность языка и стиля, выверенность композиции, блестящее владение сюжетом сочетались в прозе Владимова с глубиной мысли, четкостью взгляда на “проклятые” вопросы настоящего и неостывшего прошлого.

Прозу Владимова отличает правда жизни и художественная правда, беспощадный реализм. Читатель “Верного Руслана” беспрекословно верит в полное отчаяния сознание лагерной собаки. Читатель “Генерала и его армии” понимает драму советского генерала Кобрисова, не желающего платить за Россию — Россией. Более того: читатель, благодаря Владимову, понимает внутреннюю логику и Гудериана, и генерала Власова (что Владимову ставили в укор иные критики и неприятели его сочинений).

На вызовы российской действительности и до, и после августа 1991-го Владимов откликался выступлениями, которые войдут в золотой фонд русской публицистики. Он помогал России обрести себя — и русские читатели никогда его не забудут, как никогда не забудем своего друга, коллегу, автора и мы.

Наталья Иванова

☟

http://magazines.russ.ru/znamia/2003/12/ivanova.html

</i>

<i> <b>

░    Евгений Баратынский

</i></b>

⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰

<i>

ЛЕТА

Душ холодных упованье,

Неприязненный ручей,

Чье докучное журчанье

Усыпляет Элизей!

Так! достоин ты укора:

Для чего в твоих водах

Погибает без разбора

Память горестей и благ?

Прочь с нещадным утешеньем!

Я минувшее люблю

И вовек утех забвеньем

Мук забвенья не куплю.

<1823>

❦

Родился Евгений 19 февраля 1800 года в селе Кирсановского уезда в семье генерал-лейтенанта. Образование в биографии Евгения Баратынского было получено в петербургском пажеском корпусе. Однако, не доучившись, в 1812 году был исключен. Стихотворения в своей биографии Баратынский начал писать довольно рано. Знакомство с Дельвигом, Пушкиным, Кюхельбекером сильно повлияло на творчество поэта. Примерно тогда же впервые произведения Баратынского были опубликованы. Баратынский стал членом пушкинского кружка.

❦

ЛЮБОВЬ

Мы пьем в любви отраву сладкую;

    Но всё отраву пьем мы в ней,

И платим мы за радость краткую

    Ей безвесельем долгих дней.

Огонь любви, огонь живительный,-

    Все говорят,- но что мы зрим?

Опустошает, разрушительный,

    Он душу, объятую им!

Кто заглушит воспоминания

О днях блаженства и страдания,

    О чудных днях твоих, любовь?

Тогда я ожил бы для радости,

Для снов златых цветущей младости

    Тебе открыл бы душу вновь.

<1824>

❦

</i>

✿ ♡ ❀ ❃ ❁ ❋ ✾ ♡ ✽

 <i><b>

Сегодня день рождения нашего всеобщего любимца ЛЬВА РУБИНШТЕЙНА!

С каким рвущимся из души удовольствием я поздравляю Льва Семёновича!

Всегда будьте, дорогой человек!

</i></b>

✿ ❀ ♡ ❃ ❁ ❋ ♡ ✾ ✽

<i>

Декабрь 2013 года, судя по всему, решил стать квинтэссенцией этого очень эмоционального года. Мы с Рубинштейном говорили неделю тому назад: уже умер Григорий Дашевский, уже амнистировали Ходорковского, Толоконникову, Алехину, Леонида Ковязина, Владимира Акименкова, Николая Кавказского и Марию Баронову. Но мы еще не знали про теракты в Волгограде. И о том, что 31 декабря придет известие об освобождении по УДО Ильи Фарбера. Мы говорили про итоги года, про то, как не унывать.

✿  ❤  ✾ 

Декабрь 2013 года, судя по всему, решил стать квинтэссенцией этого очень эмоционального года. Мы с Рубинштейном говорили неделю тому назад: уже умер Григорий Дашевский, уже амнистировали Ходорковского, Толоконникову, Алехину, Леонида Ковязина, Владимира Акименкова, Николая Кавказского и Марию Баронову. Но мы еще не знали про теракты в Волгограде. И о том, что 31 декабря придет известие об освобождении по УДО Ильи Фарбера. Мы говорили про итоги года, про то, как не унывать.

Лев Рубинштейн: Ну это же такое распределение ролей: человек, который берет интервью, притворяется доктором Ватсоном, это же понятно.

АН: Вот именно. Вы не раз говорили, что не можете читать художественных текстов про то, что Николай Николаич подошел к окну, все было мрак и вихрь.

ЛР:: «В это утро он проснулся с неясным ощущением тревоги». Я люблю, когда начинается так роман.

АН: В этом смысле никакой разницы между романом и интервью нет. Я, готовясь к нашему разговору, одну штуку сформулировала и развеселилась: все ваши тексты последнего времени — на «Гранях» или в фейсбуке — объединяет одно: вы не унываете. Вы тем самым являетесь образчиком христианских добродетелей.

ЛР: Начало хорошее, начало мне нравится.

АН: Это для еврейского издания неплохой поворот. Но вы действительно не унываете, в самые мрачные моменты пишете, что ничего, а если уже совсем тьма сгущается, то она сгущается перед рассветом.

ЛР: Можно я прокомментирую, пока то да сё, насчет неунывания: я, разумеется, унываю, но не унывает язык, вот в чем дело. Он жив, а я ему очень доверяю.

АН: Про границу между вами и языком — разговор важнейший, мы к нему вернемся. Я хотела спросить про унывание и неунывание: это бывает из детства.

ЛР: Мои родители по мировоззрению и по образу жизни такие комсомольцы 30-х годов, интернационалисты, забывшие, если в детстве и знавшие, всякий идиш. Но значительную часть детства я прожил вместе с бабушкой (мы жили вместе все — мама, папа, бабушка, брат). Бабушка, как я понял позже (в детстве я это не вполне осознавал), была очень верующей. Во всяком случае, я две вещи замечал: что она перед сном читает какую-то странную книгу, растрепанную, без обложки, без начала и без конца, читает ее справа налево, а я тогда уже точно знал, что так не читают. А еще у нее был отдельная посуда, она соблюдала кашрут.

И я как-то этому не придавал какого-то значения, считая это свойством бабушек — иметь отдельную посуду, читать справа налево и иногда по телефону разговаривать на непонятном языке, в котором, как в идише всегда, большое количество украинской и русской лексики. Например, я запомнил, что она с кем-то обсуждала рецепт чего-то и там фигурировали «клейне штикеле цыбульке». Но бабушка никогда ни к кому не лезла с этим: за столом все ели колбасу или ветчину, все пионеры, Бога нет. Она молчала и жила своей жизнью. Когда я заболевал очередной ангиной, а это было беспрерывно до поры до времени, пока мне гланды не вырезали, бабушка ходила на рынок, где, как она говорила, только одна женщина продает правильную курицу. И из правильной курицы она варила бульон, который только мальчику и может помочь от ангины. Но только из правильной курицы.

Курица приносилась вся такая в перьях, с руками-ногами, с головой, я помню все эти опаливания, общипывания, запах этот хорошо помню. Бабушка умерла, когда мне было десять лет. И у меня были абсолютно советские родители. Отец вообще партийный и военный до какого-то времени, раннее детство я его помню в форме, а демобилизовался он уже после смерти Сталина. Он был военный, но у него была гражданская профессия — он был инженер-строитель, и после войны он остался в форме.

http://booknik.ru/today/faces/lev-rubinshteyin-yazyk-ne-unyvaet-a-ya-emu-doveryayu/

</i>

⋱⋱⋱ ❤  ⋰⋰⋰

///////////////////////////////////////////////

<i><b>

А ещё я сегодня поздравляю замечательного ОЛЕГА МИТЯЕВА!!!

</i></b>

И мои самые любимые его песни!

<i>

С добрым утром , любимая.-Олег Митяев - YouTube

www.youtube.com/watch?v=0ao7vhyzuv8‎

Исполнитель: Олег Григорьевич Митяев

✿  ❤  ✾ 

И вспоминая сон про дворики арбатские,

        Она, как в реку, погружается в дела,

        И несмотря на настроение дурацкое

        Она такая же москвичка, как была.

Олег Митяев-Француженка

http://rutube.ru/video/55e1b64d0a136d6c4a84939499745410/

</i>

⋱⋱⋱ ❤ ⋰⋰⋰

<i><b>Имена московских улиц </i></b>

▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱

☗ ☗ ☗  ۩ ⌂ ⌂ ۩

   ♜♖♜♖

<i>

Начиная со средних веков, Москва имела черты резкого разделения проживания населения по сословиям и профессиональной принадлежности. Это отразилось в названиях многочисленных улочек и переулков Первопрестольной.

♨

<b>

Потаповский переулок

</b>

♨

Потаповский переулок расположен в центральном округе Москвы района «Басманный». Начинается от Архангельского переулка и упирается в улицу Покровка. По пути к нему примыкает Сверчков переулок.

Протяженность - чуть более 450 метров.

Первое известное название - Кривой переулок - можно встретить на плане города, датированным 1862 годом.

Затем переулок был назван по храму Успения Пресвятой Богородицы - Большим Успенским.

В 1922 году был переименован в Потаповский переулок в память о Петре Потапове - крепостном зодчем, который и возвел вышеназванную церковь в период с 1696 по 1699 годы (снесена большевиками в 1935 году).

История Потаповского переулка

Некоторое время эту местность заселяли мастера по изготовлению пищевых котлов, потому и храм Успения имел приставку «что в Котельниках».

С конца семнадцатого - начала восемнадцатого столетий район становится респектабельным, и здесь поселяются люди, принадлежащие к купеческому сословию.

♨

♨

В Потаповском переулке сохранилось много памятников архитектуры, которые представлены зданиями начала века девятнадцатого и заканчивая постройками начала уже двадцатого столетия. Здесь творили архитекторы Оттон фон Дессин, Василий Залесский, Флегонт Воскресенский, Василий Волокитин, Иван Кондратенко и Семен Дорошенко.

К сожалению, жемчужина Потаповского переулка - Успенская церковь - была снесена в связи с расширением улицы Покровка.

Странность переименований Большого и Малого Успенского переулков в Потаповский и Сверчков, да еще и при Советской власти, состоит в том, что оба персонажа были завязаны на этом культовом здании - зодчий Потапов строил, а купец Сверчков финансировал строительство.

Продолжение следует…

♨   http://progulkipomoskve.ru/index/dom_i_ulicy_moskvy/0-4

</i>                                                   

<i><b> Дела давно минувших дней…</i></b>  

⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰

<i>

Любовница Мстислава Ростроповича 

Я поехал к нему на другой же день и сказал: "Ты можешь

составить счастье моей жизни?"

Он спросил:"Сколько?"

И тут же выписал чек. А оформлена была покупка за один доллар. Так принято,

когда продается вещь, не имеющая цены. И даже те деньги, которые я заплатил, -

ничто, этот инструмент - достояние человечества. А я на нем играю.

...С некоторых пор я не могу понять, где мы с ней разъединены. У меня есть

портрет, сделанный замечательным художником Гликманом, он живет в Германии, ему

за восемьдесят сейчас. На портрете виолончель стала таким красным пятном у меня

на животе, вроде вскрытой брюшины.

И в самом деле, я ощущаю ее теперь так,

как певец ощущает свои голосовые связки.

Никакого затруднения при воспроизведении звуков. Она перестала быть инструментом".

♥

... из интервью Мстислава Ростроповича ("ОГОНЕК", № 34, 20 августа 1996):

- У вас два великолепных инструмента - Страдивари и Сториони. На каком из них

предпочитаете играть?

- Сториони это жена, с которой я уже более 30 лет, взял ее еще из Москвы и не

расстаюсь. А любовницей я считаю знаменитый инструмент Страдивариуса.

 Он был заказан примерно в 1709 году неким врачом из Лиона, который хотел иметь лучший в

мире инструмент. Мастер ответил: "Не гарантирую, но попробую - у меня есть

замечательное дерево".

 Когда доктор приехал в 1711 году, Страдивариус сказал ему: готово, причем назвал ошеломительную сумму. Заказчик, сыграв на инструменте, заплатил вдвое больше... Затем эта виолончель была на аукционе продана за 30 тысяч золотых франков, попала в руки виолончелиста и композитора Дюпора.

После одного из концертов в Тюильри на ней пожелал сыграть Наполеон

Бонапарт. Дюпор не мог ослушаться императора, тот сел с виолончелью, музыкант

вскрикнул, но - поздно: шпорой от сапога Наполеон сделал большую царапину на

боковине инструмента. Она видна до сих пор.

- В Петербург вы прибыли с верной женой или с поцарапанной любовницей?

- С женой. Понимаете, любовница должна быть красивее жены, если это возможно. В

жизни я не имею любовницы: не могу найти женщины красивее Вишневской.

 А виолончель Страдивари-Дюпора, надо признать, красивее, чем моя жена... Поэтому

иногда с ней езжу, когда играю Баха и музыку лирического плана.

(Вишневская: - Любовницу-виолончель я стерплю...)

"Ростропович и Муза", Гавриил Гликман.

P. S: Но Галина Вишневская после смерти музыканта "Любовницу" продала за 20 млн

долларов Японской музыкальной ассоциации (некогда за "Дюпор" Ростропович

заплатил 500 тыс. долларов).

На сегодняшний день виолончель Дюпора считается одним из самых дорогих

музыкальных инструментов.

 </i>

<i><b> Что же эдакого произошло в сей день где-то, с кем-то, когда-то?  

◖  ИзЪ старыхЪ московскiхЪ газетЪ  ◗ ✍ </i></b>

 <i>

Ну, например:

『』

<u>

1964 — на экраны Франции вышел фильм режиссёра Жака Деми «Шербурские зонтики» с Катрин Денёв.

</u></i>

<i>

Грустная история о любви и разлуке...

Эта грустная история о любви и разлуке позволяет зрителю увидеть очарование и магию этого чувства в самом повседневном облачении, со всеми его банальностями и сентиментальностью. От других мюзиклов картину отличает решение Деми и композитора Леграна положить все диалоги на музыку, вплоть до самого бессмысленного слова.

Фильм разделен на три акта - Отъезд, Разлука, Возвращение.

『 』

Картина начинается с показа двух влюбленных. Их любовь в самом расцвете. Женевьев в магазине своей матери продает зонтики, а Ги работает на станции техобслуживания автомобилей. Влюбленных ожидает разлука, так как Ги получает повестку. Они проводят вместе божественный прощальный вечер, а затем он уходит в армию.

Во втором акте Женевьев узнает, что она беременна, и, не получая никаких вестей от своего любимого, выходит замуж за богатого и удобного Роланда. Они уезжают в Париж, а Ги возвращается в Шербург...

И пусть «от любви умирают только в кино», пусть написанный сценарий незамысловат, пусть драматизм актерской игры заменяется музыкой, «Шербурские зонтики» навсегда останутся в сердцах восторженной публики. Картина Деми всегда будет тем памятным болеутоляющим, которое вместе со зрительскими слезами опустошает душу от горести.

И все потому, что лента 64-го года оставляет после себя самое возвышенное и чистое, запоминаясь каждым кадром, начиная с титр и кончая жизненным, катастрофическим концом, после которого хочется кричать: «Так не должно быть!», — и повторять: «Не смотри, как я ухожу. Закрой глаза».

«Шербурские зонтики» — это счастье в нежных тонах, это слезы с ароматом женских духов, это трагичность обманутых сердец, это ничтожность одной жизни в сравнении с любовью. Это гениальная мелодия Мишеля Леграна, это талантливое юное представление Катрин Денев и Нино Кастельнуово, это прямодушное мастерство Жака Деми, это изысканный вкус Жана Рэбьера.

Много лет назад на премьере «Шербургских зонтиков» зрители плакали, сочувствуя истории о несчастной любви… И те, кто только что открыл для себя этот фильм, не могут не почувствовать его искренности…

『 』

⇓

Фильм «Шербурские зонтики»

http://tfilm.tv/5819-sherburgskie-zontiki.html

❍  Картинки

https://www.google.ru/search?q=%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F+%D1%84%D0%B8%D0%BB%D1%8C%D0%BC%D0%B0+%D1%88%D0%B5%D1%80%D0%B1%D1%83%D1%80%D0%B3%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5+%D0%B7%D0%BE%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B8&newwindow=1&source=lnms&tbm=isch&sa=X&ei=EpcDU_HZDaiZ4wTF9IHgCg&ved=0CAgQ_AUoAg&biw=1066&bih=516

</i>

❄❄ ☃ ❄❄

❄❄❄❄❄❄

 <i> <b>

✌   ВсемЪ старомосковский прiветЪ!    ආ  ඇ  ඈ

</i> </b>

☃ ❅ ❅ ❅ ❅ ❅ ❅

❄ ❇ ❅ ❄  ❇  ❅ ☼

<i>

 Всенародные приметы

☀    ☀    ☀    ☀

Вукола Телятник (святой епископ Смирнский, первый ученик Иоанна Богослова)

☁    ☁    ☁    ☁

Как правило, на Вуколу Телятника начинался отел коров.

На Руси телят, родившихся в феврале называли жуколами: «Придут Вуколы — перетелятся все жуколы».

В этот день окуривали хлев чабрецом или богородской травой для сохранения хорошего вкуса молока и чтобы телята родились крепкими и здоровыми.

Мороз на Вуколу предвещает, что весна будет бурной, а лето сухое и жаркое.

ܮ 

ܓ    ܔܢ     

</i>

☺  ☺  ☺  ☺  ☺  ☺  ☺  ☺  ☺  ☺  ☺  ☺

☻      ☻     ☻     ☻     ☻     ☻     ☻     ☻

<i><b>

Станислав Ежи Лец…. И ни слова больше….Ъ Ъ Ъ

</i></b>

ஃ   ৩  ஃ   ৩  ஃ  ৩  ஃ   ৩  ஃ  ৩  ஃ  ৩ ஃ  ৩ ஃ  ৩  ஃ  ৩  ஃ    ৩  ஃ   ৩  ஃ  ৩  ஃ   ৩  ஃ  ৩  ஃ

<i>

ะ   Петух воспевает даже то утро когда его положат в суп.

ะ   Бедная земля, все наши тени падают на нее.

ะ   Когда сплетни стареют, они становятся мифами.

ะ   "Я слышал, что мир прекрасен", - сказал слепой. "Кажется", - ответил зрячий.

ะ   А может быть стены Иерихона пали просто потому, что в городе слишком сильно дули в фанфары.

ৣ

</i>

<i><b>

✑ Крылатые слова. И выражения тоже крылатые. ✈

СтароеЪ, староеЪ… и не только московскоеЪ

</i></b>

<b>

❏   И один в поле воин

</b>

<i>

Название романа русского писателя-народника Григория Александровича Мачтета, которое представляет собой полемический вариант известной русской пословицы «Один в поле не воин».

Роман (первоначальное название «Из невозвратного прошлого») посвящен взаимоотношениям крестьян и помещиков в российской деревне.

В советское время выражение вновь стало очень популярным благодаря роману «И один в поле воин» (1956) советского украинского писателя Юрия Дольд-Михайлика. Роман впервые вышел на русском языке в 1957 г. и неоднократно переиздавался (только до 1960 г. . 5 раз на украинском языке, 10 — на русском). В 1959 г. автор совместно с Г. Ткаченко написал одноименную пьесу, которая была поставлена во  многих театрах страны и экранизирована.

Иносказательно шутливо: поощрение чьих-либо личных усилий.

</i>

•••

<b>

❏   И примкнувший к ним Шепилов

 </b>

<i>

Из постановления июньского 1957 г. Пленума ЦК КПСС.

В оригинале: Осудить [...] фракционную деятельность антипартийной группы Маленкова, Кагановича, Молотова и примкнувшего к ним Шепилова. Имеется в виду секретарь ЦК КПСС Дмитрий Трофимович Шепилов (1905—1995), который на этом Пленуме (22—29 июня 1957 г.) поддержал Молотова, Маленкова, Кагановича, Первухина и Сабурова, открыто выступивших против лидера партии Никиты Хрущева, обвинив его в авантюризме («догнать и перегнать Америку»', учреждение совнархозов, критика Сталина и т. д.). Но Хрущев одержал победу над своими противниками, они были лишены всех постов в партии.

Иносказательно, шутливо, иронично о человеке, случайно попавшем в чью-то компанию и пострадавшем от этого.

</i>

•••

<b>

❏    И скучно, и грустно, и некому руку подать

</b>

<i>

Из стихотворения «И скучно, и грустно...» М. Ю. Лермонтова:

И скучно, и грустно, и некому руку подать

В минуту душевной невзгоды... Желанья!

Что пользы напрасно и вечно желать?

А годы проходят — все лучшие годы...

Иносказательно об одиночестве, отсутствии близких людей.

</i>

<i><b>

░   День памяти генерала Дмитрия Карбышева

</i></b>

<i>

За годы Второй мировой войны в немецкий плен попали 83 генерала Красной армии. Из них 26 человек погибли по разным причинам: расстреляны, убиты лагерной охраной, умерли от болезней. Остальные после победы были депортированы в Советский Союз. Из них 32 человека репрессированы (7 повешены по делу Власова, 17 расстреляны на основании приказа Ставки № 270 от 16 августа 1941 г. «О случаях трусости и сдачи в плен и мерах по пресечению таких действий» и за «неправильное» поведение в плену 8 приговорены к различным срокам заключения).

       Оставшихся 25 человек после более чем полугодовой проверки под новый, 1946 год оправдали, а затем постепенно уволили в запас. Столь жесткая расправа над коллегами не могла не произвести удручающего впечатления на офицерский корпус. На этом нерадостном фоне Сталину был нужен сугубо положительный образ пленного советского генерала. Так начал создаваться один из самых устойчивых советских мифов. Для каждого в Советском Союзе образ генерала Карбышева прочно ассоциируется с вмороженным в глыбу льда, но не сдавшимся героем.

      

       16 августа 1946 г. на основании двух свидетельских показаний, представленных Сталину наркоматом обороны, Дмитрию Карбышеву было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).

       Сообщение бывшего военнопленного подполковника Сорокина:

 «21 февраля 1945 года я с группой в 12 человек пленных офицеров прибыл в концентрационный лагерь Маутхаузен. По прибытии в лагерь мне стало известно, что 17 февраля из общей массы пленных была выделена группа в 400 человек, куда попал и генерал-лейтенант Карбышев. Эти 400 человек были раздеты догола и оставлены стоять на улице; слабые здоровьем умерли, и их немедленно отправили в топку лагерного крематория, а остальных дубинками гнали под холодный душ. До 12 часов ночи эта экзекуция повторялась несколько раз. В 12 часов ночи во время очередной такой экзекуции товарищ Карбышев отклонился от напора холодной воды и ударом дубинки по голове был убит. Тело Карбышева сожгли в крематории лагеря».

       Сообщение майора канадской армии С. де Сент-Клера представителю советского Комитета по репатриации: «Наш представитель по репатриации в Лондоне майор Сорокопуд 13 февраля 1946 года был приглашен больным майором канадской армии Седдон де Сент-Клер в госпиталь в Бремшот, Хемпшайр (Англия), где последний сообщил ему:

«В январе 1945 г. я в числе 1000 человек пленных с завода Хейнкель был отправлен в лагерь уничтожения Маутхаузен, в этой команде был генерал Карбышев и еще несколько человек советских офицеров. По прибытии в Маутхаузен целый день пробыли на морозе. Вечером для всех 1000 человек был устроен холодный душ, а после этого в одних рубашках и колодках построили на плацу и продержали до 6 часов утра. Из 1000 человек, прибывших в Маутхаузен, умерли 480 человек. Умер и генерал Дмитрий Карбышев».

       Эти достаточно путаные показания в общем и целом проясняют картину случившегося. Но были известны еще по меньшей мере два десятка пленных советских генералов, умерших в немецких концлагерях кто от тифа, а кто, совсем как Карбышев, от ударов резиновой дубинкой по голове. Но только Карбышев был представлен к высокому званию Героя.

☟

http://2004.novayagazeta.ru/nomer/2004/19n/n19n-s30.shtml

۞  Картинки и фотографии

https://www.google.ru/search?q=%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%B0%D0%BB+%D0%BA%D0%B0%D1%80%D0%B1%D1%8B%D1%88%D0%B5%D0%B2&newwindow=1&tbm=isch&tbo=u&source=univ&sa=X&ei=ZFECU9ukINDV4ASk2YGQAw&sqi=2&ved=0CDQQsAQ&biw=1066&bih=516

</i>

<i><b>

░    День памяти Матвея Бронштейна

</i></b>

<i>

Г.Е.Горелик

ЛИДИЯ ЧУКОВСКАЯ И МАТВЕЙ БРОНШТЕЙН

С Лидией Корнеевной Чуковской меня, начинающего историка науки, познакомил Матвей Петрович Бронштейн, замечательный советский физик. Правда, к моменту знакомства, в 1980 году, я только начал догадываться, насколько этот человек был замечателен. Мне было известно, что он сгинул в 1937 году, на тридцать первом году жизни. Это сейчас, зная о нем быть может больше, чем о своих родственниках, я понимаю, что Матвей Петрович был украшением рода человеческого, хотя это и не указано в заметке о нем в БСЭ. А тогда я лишь прочитал несколько его статей в старых физических журналах, обнаружив поразительную глубину и проницательность молодого теоретика и необычную свободу его языка.

Один мой коллега-историк сообщил мне, что вдова этого физика – Лидия Чуковская – живет на улице Горького, и дал ее телефон.

Должен сказать, что и о ней у меня было весьма туманное представление. Я знал, что она из "отщепенцев-диссидентов", но струйки Сам- и Тамиздата, которые до меня доходили, не донесли ни ее открытых писем, ни ее книг. Сейчас я думаю, что это к лучшему: если бы я понимал ее "социальное положение", если бы хотя бы прочитал ее "Гнев народа", я, быть может, не решился бы позвонить ей.

Я позвонил, объяснил причину звонка, – мне сказали, что Лидия Корнеевна больна, но что она позвонит мне, как только поправится. Через несколько дней она позвонила и пригласила прийти.

Я надеялся, что у вдовы могли остаться какие-нибудь рукописи и, главное, докторская диссертация, которая стала событием в истории физики. Увы, никаких рукописей Матвея Петровича не уцелело, если не считать надписей на подаренных им книгах... Однако в рассказе Лидии Корнеевны начала открываться для меня личность человека, в котором уместились таланты физика и детского писателя, человека тонкой и жизнерадостной души. С этого началось настоящее знакомство с моим героем – наименее известным из наиболее замечательных российских физиков. И началось знакомство с замечательной женщиной, в душе которой он жил столько десятилетий после своей земной смерти.

"Солнечное вещество" – так называется его рассказ о том, чем жива наука. По мнению знаменитого физика, нобелевского лауреата, Льва Ландау – и я с ним вполне согласен – рассказ этот читать "интересно любому читателю – от школьника до физика-профессионала". А о рождении этой книги, о появлении нового детского писателя говорит его дарственная надпись, сделанная 21 апреля 1936 года: "Дорогой Лидочке, без которой я никогда не смог бы написать эту книгу". За оставшиеся ему полтора года жизни он создаст еще два маленьких шедевра научно-художественной литературы, при этом интенсивно работая в теоретической физике.

Его талант был сам сотворен из солнечного вещества, которое всегда освещает путь науке и дарит теплый свет людям.

Чтобы объяснить, почему я так увлекся Бронштейном, надо бы рассказать о квантовой гравитации и космологии. Это я сделал в научной биографии, изданной в Москве несколько лет назад. С тех пор, однако, в посмертной жизни ее главного героя произошло несколько событий, о которых хотелось бы рассказать. Все они связаны с Лидией Чуковской.

</i>

₰

Из архива КГБ-НКВД

БРОНШТЕЙН Матвей Петрович, 02.12.1906 г. рождения, урож. г. Винницы, еврей, беспартийный, с высшим образованием, научный сотрудник Ленинградского физико-технического института, осужден 18 февраля 1938 года Военной Коллегией Верховного суда СССР за "активное участие в контрреволюционной фашистской террористической организации" по ст. 58-8 и 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу, с конфискаций всего, лично ему принадлежащего, имущества.

Приговор о расстреле Бронштейна Матвея Петровича приведен в исполнение 18 февраля 1938 года в г.Ленинграде.

Определением Военной Коллегии Верховного суда СССР от 9 мая 1957 года приговор Военной Коллегии от 18 февраля 1938 года в отношении Бронштейна М.П. по вновь открывшимся обстоятельствам отменен и дело о нем прекращено за отсутствием состава преступления.

▓    

<i>

Лидия Чуковская – Матвею Бронштейну

БЕССМЕРТИЕ

М.

1

И снова карточка твоя

Колдует на столе.

Как долго дружен ты со мной,

Ты, отданный земле.

Уж сколько раз звала я смерть

В холодное жилье.

Но мне мешает умереть

Бессмертие твое.

2

Ты нищих шлешь, но и они немеют.

Молчат под окнами, молчанием казня.

И о тебе мне рассказать не смеют

И молча хлеба просят у меня.

3

Но пока я туда не войду,

Я покоя нигде не найду.

А когда я войду туда –

Вся из камня войду, изо льда-

Твой фонарик, тот, заводной,

Ключик твой от двери входной,

Тень от тени твоей, луч луча-

Под кровавой пятой сургуча.

июнь 1943

 ▓    Полностью читать  http://www.ihst.ru/projects/sohist/papers/gor96zs.htm

     </i>

<i><b>Имена московских улиц </i></b>

▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱ ෴ ▱

☗ ☗ ☗  ۩ ⌂ ⌂ ۩

   ♜♖♜♖

<i>

Начиная со средних веков, Москва имела черты резкого разделения проживания населения по сословиям и профессиональной принадлежности. Это отразилось в названиях многочисленных улочек и переулков Первопрестольной.

♨

<b>

Покровский бульвар

</b>

Покровский – один из десяти бульваров, которые входят в Бульварное кольцо Москвы.

Расположен он в Центральном административном округе столицы, ее Басманном районе. Тянется от Хохловской площади и до улицы Воронцово поле, где уже начинается Яузский бульвар.

Современный Покровский бульвар – неширокая зеленая аллея, живописно огибающая местный рельеф.  

Улица Покровка, примыкающая к бульвару, и Покровские ворота Белого города явились первоосновой современного названия.

История Покровского бульвара

В XVII веке территория, расположенная у Хохловской площади, активно заселялась. В основном  этот район осваивали выходцы из Украины.

До сегодняшнего дня сохранилась церковь Троицы Живоначальной в Хохлах, построенная на их средства в 1696 году.

К югу от Хохловской площади активно обустраивались царские шатерничие.

В XVIII веке местные земли начали переходить во владение к знатным княжеским семьям – Щербатовым, Кантемирам, Ромодановским.

В 1798 году на территории бульвара, на деньги горожан, началось возведение Покровских казарм. Строительство организовал Всероссийский император и царедворец Павел I, пообещав в обмен на добровольно выделенные для строительства средства освободить горожан от постойной повинности.

Сильнейший пожар, разразившийся в Москве в 1812 году во время оккупации Москвы армией Наполеона, внес значительные изменения в облик этой местности.

В огне исчезли беспорядочные постройки, стоявшие здесь еще с XVII века.

В результате стихийного бедствия также были сильно разрушены казармы.

Реконструкция здания проводилась под руководством швейцарского архитектора Доменико Жилярди. Именно тогда было выстроено дошедшее до нашего времени современное здание казарм.

Обустройство самого бульвара началось только с 20-х годов девятнадцатого столетия.

♨

♨

В 1911 году по бульвару проложили трамвайные пути.

Покровский бульвар разделен проездом Казарменного переулка.

К северу от него находится самая молодая часть аллеи, возникшая только после войны 1941-1945 годов. До войны на этом месте располагался открытый плац казарм.

Во время обустройства бульвара, его постепенно и озеленяли.

Здесь были высажены липы, березы и тополя, множество разнообразных кустарников – боярышник, сирень, калина.

На бульваре были установлены скамейки с каменными пьедесталами.

В старинном садике Межевой канцелярии, позднее преобразованного в сквер, организовывались кинопросмотры, театральные постановки и танцы. Здесь же, со временем, была обустроена площадка для детей.

Автор статьи: Украина Наталья Александровна.

Продолжение следует…

♨   http://progulkipomoskve.ru/index/dom_i_ulicy_moskvy/0-4

</i>                                                    

<i><b> Дела давно минувших дней…</i></b>  

⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰⋰

<i>

Любовница Мстислава Ростроповича 

"С самой великой в мире виолончелью я встретился в 1956 году, в Америке.

По-моему, я был третьим советским артистом, появившимся там после революции. Я

играл в Нью-Йорке, в небольшом зале, знали меня мало, было немного народу, зато

все виолончелисты Нью-Йорка пришли на этот концерт, а потом - за кулисы.

И пришел с ними один милый человек, Джером Ворбург, банкир и страшный любитель

виолончельной музыки. И вот он спросил: "Слава, хочешь взглянуть на Страдивари

"Дюпор"?" И тут меня затрясло. Дело в том, что все великие инструменты имеют

имена. Обычно это имена великих музыкантов, которым они принадлежали. Однажды

Дюпор играл в Тюильри императору Наполеону. И Наполеону так понравилось, что он

сказал Дюпору:

"Дайте-ка мне вашу виолончель, хочу попробовать сам". Взял,

уселся, и тут раздался истошный крик Дюпора.

 Дело в том, что у Наполеона на сапогах были шпоры. Но - поздно. Одной шпорой он уже процарапал виолончель. Вот эту легендарную вещь с царапиной Наполеона мне и предлагалось посмотреть. Ночь я не спал. Я думал об этой виолончели. Я понимал, что, поскольку никогда не буду ею обладать, может, не стоит и встречаться, но соблазн был велик, человек слаб.

Наутро я отправился на свидание с ней. И мне ее показали. Я попросил разрешения

до нее дотронуться. И мне разрешили, а жена Ворбурга сделала "полароидный"

снимок этого касания. Я коснулся мифа. И повез в Москву снимок-доказательство.

Из Москвы меня вышибли 26 мая 1974 года. Все отобрав на таможне. "Это же мои

награды", - сказал я таможеннику, сгребавшему конкурсные медали, значок лауреата

Сталинской премии. "Это, гражданин Ростропович, - отвечал таможенник, - награды

не ваши, а государственные". "Но вот и международные награды, и они не из

латуни, из золота". - "А это - ценные металлы, которые вы хотите вывезти за

границу!"

Мне оставили только собаку Кузю. А в Англии бедного Кузю сразу

схватили и бросили за решетку. В карантин. На полгода. И мне, самому оставшемуся

без гроша, ничего не оставалось, как страдальца навещать и носить ему передачи.

Спасли друзья.

Вдруг позвонил дядя Марк, Марк Шагал, и сказал: "10 сентября открывается моя

мозаика в Первом американском банке в Чикаго. Не смог бы ты сыграть на этом

открытии Баха?" Ну, я же не мог отказать дяде Марку. Взял аванс, прилетел в

Чикаго, зашел в гостиничный номер, услышал телефонный звонок, поднял трубку и

услышал женский голос:

"Слава, может быть, вы меня не вспомните, я вдова Джерри

Ворбурга. Он умер два года назад и перед смертью сказал:

"Предложи нашу

виолончель Ростроповичу. Если он ее не купит, пусть она навсегда останется в нашей семье". Я знаю, купить ее вы не сможете, но звоню, выполняя последнюю волю мужа". Я покрылся мурашками от наглости и сказал: "У вас единственный шанс безукоризненно выполнить волю вашего покойного мужа - немедленно прислать мне эту виолончель". Вдова глубоко вздохнула:

"Хорошо, я сейчас посмотрю расписание

самолетов и, если успею, пришлю ее вам".

И перед самым началом концерта распахнулась дверь, за ней стоял человек, держа в руках Страдивари "Дюпор".

Я взял за горло это сокровище и на подгибающихся ногах отправился играть. В

маленьком зале, у камина, я играл Третью сюиту Баха, все плыло у меня перед

глазами, в руках моих пела моя виолончель... Моя, потому что у меня был друг,

Пауль Сахер, в Швейцарии. Я поехал к нему на другой же день и сказал:

"Ты можешь составить счастье моей жизни?"

Он спросил:

"Сколько?"

Окончание следует…

</i>