° 。 ° ˛˚˛ * _Π_____*。*˚

˚ ˛ •˛•˚ */______/~＼。˚ ˚

˚ ˛ •˛• ˚ ｜ 田田 ｜門 ღ ღ &emsp;  &emsp; <b>Михаил Бару</b>

  &emsp; <i> Летом пятьдесят шестого года моя мама приехала из Киева на каникулы после второго курса пединститута к тётке в Новоград-Волынский. Тетка Клара проживала там с мужем и дочерью, двоюродной сестрой моей мамы. Сестра была, что называется, на выданье. Выданье было трудным.

Обычно маму на время прихода женихов запирали в соседней комнате. Однажды ей надоело сидеть взаперти и она вылезла через окно одноэтажного домика, где жила семья тётки, в палисадник. Ненароком сломала какие-то плодово-выгодные кусты. Если бы на шум и треск выбежала только Клара, особой беды не случилось. Но тут черти вынесли и предполагаемого жениха… С большим трудом этому почтенному и солидному человеку, на минуточку – главбуху местной потребкооперации, удалось напомнить о цели и предмете его визита, но заставить его продолжать женихаться, увы, уже не представлялось возможным. После этого несчастного случая маме заранее давали гривенник на мороженое и отправляли гулять на все две стороны. В маленьких новоград-волынских, как известно, больше двух, максимум трёх, сторон света не бывает.

Летом этого же года мой папа приехал из Серпухова, где он успел отработать год молодым специалистом, в Новоград-Волынский, к родителям, в свой первый отпуск. Папины родители, то есть мои бабушка Галя и дедушка Боря, были полны решимости его женить. На случайные встречи тогда не полагались, да и кто бы доверил папе такое серьезное дело, как собственная женитьба. Обратились к лучшему в городе специалисту. Сваха, получив вводную, приступила к выполнению задания. 

/////////////////////////////////2

<i>

А вводная была – врач. Бабушка так хотела. Мнение дедушки... Нет, конечно, дедушка мог встать в ряды протестного электората и заявить, что лётчицы или поварихи ему нравятся больше, чем убийцы в белых халатах, но дедушка был не похож на врага самому себе. Кстати, врач должна была происходить из состоятельной семьи. Напоминать про то, что семья должна быть еврейской, всё равно что пересказывать всем известный анекдот про грузина возле роддома, спрашивающего у жены, родился ли у неё мальчик. Сказать, что девиц на выданье с такими тактико-техническими данными в Новоград-Волынском было пруд пруди, значит выдать желаемое за действительное. Да что там пруд – на приличных размеров лужу не набралось бы. Но специалист на то и лучший, чтобы из-под земли, со дна моря и на блюдечке с голубой каёмочкой. В считанные дни девица врачебного полу была найдена. Правда, она была немного старше папы и не совсем врач, а зубной техник, но состоятельность её родителей была на таком уровне, который мог бы бабушке присниться, если бы дедушка не храпел так сильно. Посмотрев на фотографию зубного техника, дедушка немедленно поставил на неё штампик: «Лежалая тыква». То есть, не то чтобы он поставил его во всеуслышание, но подумал. И думал лет десять, прежде чем проговорился об этом моей маме. Дедушка умел хранить зубоврачебную тайну. А вот папа не умел. Поэтому первое свидание, заботливо подготовленное заинтересованными сторонами в городском саду, оказалось последним. 

Разговор о погоде, о видах на урожай был и о ценах на зубные протезы был, но дальше этого дело двинулось. Пойти на танцы папа отказался, сославшись на то, что у него больные ноги. 

/////////////////////////////////3

<i>

Спустя несколько дней, когда бабушка узнала, что у её сына, имевшего разряд по боксу, больные ноги... Но не будем отвлекаться. Наскоро попрощавшись с надеждой моей бабушки на бесплатное медицинское обслуживание, папа, подпрыгивая на больных ногах, подбежал к киоску с газированной водой, чтобы утопить угрызения совести в стакане сельтерской с двойным вишнёвым сиропом.

Если быть совсем точным, то надо сказать, что папа подходил к киоску справа, а слева – девушка с мороженым, которую я буду для краткости называть мамой. Конечно, я мог бы написать, что в этот момент из окошка киоска вылетели две стрелы, которые... но это будет неправдой. Всё внутреннее пространство киоска и даже чуть больше, чем оно могло вместить, занимал дядя Гриша, шурин моего дедушки. Дядя Гриша был владельцем этого месторождения газированной воды с сиропом и без него. Скажу больше – он был Абрамович своего дела. Наливая сироп в стакан, он так умело загораживал его рукой от покупателя... Если бы в то время на базаре Новоград-Волынского продавались футбольные команды – он мог бы купить две, и ещё кое-что осталось на покупку нападающего из киевского «Динамо». Дядя Гриша, однако, идиотом не был. Узнай о такой покупке Гришина жена, Циля, – его не спасло бы даже бегство в Лондон.

Но вернёмся к моим родителям. В тот день они разошлись по домам ближе к полуночи. Тётя Клара, уже обегавшая полгорода в поисках племянницы, устала и сидела на крыльце своего дома с веником в руках, которым намеревалась встретить загулявшую маму. Всё же она решила подождать, пока мой папа, попрощавшись с мамой раз десять, отойдёт от дома подальше, и уж тогда исполнила свой боевой танец с веником.

/////////////////////////////////4

<i>

В тот момент, когда папа переступал порог родительского дома, бабушка уже была в курсе происходящих событий. Камерами слежения в таком городке, как Новоград-Волынский, снабжены даже курицы, лениво бродящие вдоль пыльных улочек. Поскольку папа давал показания неохотно, постоянно в них путался и всё время сбивался на описание маминой внешности… Короче говоря, на следующее утро была вызвана сваха и ей были даны указания навести справки о маме, маминой семье и семейных активах. Почтенная Двойра немедленно отправилась в дом тёти Клары и приступила к переговорам. Довольно скоро выяснилось, что к медицине мама не имеет никакого отношения, если не считать мою бабушку, мамину маму, которая работала медсестрой в одной из киевских поликлиник. По части семейных активов дело обстояло совсем неважно. Бабушка растила маму одна (дедушка погиб в сорок первом), и всё своё мамина семья носила с собой, причём легко, потому что носимого тоже было не бог весть сколько. Двойра, однако, была человеком опытным и, мгновенно оценив ситуацию, предложила Кларе за умеренную мзду представить кредитную историю маминой семьи родителям моего папы в более весёлых тонах, чем они есть на самом деле. Тётка была человеком вспыльчивым, поэтому остаток разговора происходил не на идиш, а исключительно по-русски, с использованием таких многоэтажных конструкций, что можно было подумать, Клара воспитывалась в семье архитектора, а не мелкого торговца скобяными изделиями. Впрочем, Двойре ещё повезло, поскольку при разговоре не присутствовала моя бабушка. Тогда бы дело могло дойти и до рукоприкладства.

////////////////////////////////5

<i>

Между тем свидания моих родителей стали едва ли не ежедневными. Мама приходила на них в туфлях, выпрошенных на время у сестры, и даже при часах с нарисованным пароходиком на циферблате. Часы, правда, имели всего одну стрелку, но кто собирался их наблюдать?

Обеспокоенная развитием событий, бабушка Галя послала в разведку дедушку. Разведчиком тот был, мягко говоря, непрофессиональным. Всё, что он сделал, так это посидел на скамейке в городском саду, загородившись газетой. Понаблюдав две-три минуты за совершенно случайно проходившими мимо папой и его избранницей, он свернул газету и отправился домой. Результатами этих наблюдений он был вполне удовлетворён. Что касается женщин, то дедушка был в этом отношении прост, как выключатель, – для него существовало только два положения: красивая и некрасивая. На все вопросы бабушки он отвечал: «Красивая». Кратко охарактеризовав умственные способности дедушки, бабушка в очередной раз разжаловала его в рядовые и отпустила с глаз долой.

Что-то надо было делать. Причём срочно. И тогда бабушка откомандировала на передовую гостившую в то лето в Новоград-Волынском дочь, её мужа и даже трёхлетнего внука. На сей раз местом встречи стал городской кинотеатр, вернее небольшая площадь перед ним, по которой кругами расхаживали разряженные в местечковый пух и прах пары перед тем как посмотреть в пятнадцатый раз «Большой вальс» или «Иван Бровкин на целине». Кстати сказать, в кино приходили как минимум за час до начала сеанса, чтобы успеть поддержать отечественных производителей газированной воды и мороженого до полного обморожения переполненного мочевого пузыря. Встреча удалась, причём моему дяде мама понравилась даже больше, чем хотелось бы моей тете.

///////////////////////////////6

<i>

Тут бабушка крепко задумалась. Ситуация стала выходить из-под её контроля. А бабушка была не из тех людей, которые легко дают порулить другим. Взять, к примеру, дедушку... Впрочем, его лучше оставить в покое. Итак, бабушка решила взглянуть на маму сама. Но просто так встретиться и поговорить или даже пригласить её в дом она не могла. Это было бы равносильно отступлению и началу официальных переговоров. Бабушка решила понаблюдать за влюбленными тайно. Но как? Прикрыться газетой, как дедушка? Сроду она не брала в руки никаких газет. Вместо них она читала Флобера или Чехова. Прикрываться томиком Флобера в Новоград-Волынском – все равно что в положении Штирлица из анекдота идти по берлинским улицам с волочащимся парашютом за спиной. Разведка доносила, что следующая встреча моих родителей должна была произойти на железнодорожном вокзале, точнее в его буфете. Кстати сказать, буфетчицей там работала тётя Клара. В те времена никакой охранной сигнализации не существовало, поэтому каждый вечер Клара складывала в старую детскую коляску самое дорогое из небогатого ассортимента своего буфета и увозила домой на сохранение. Самым дорогим были коробки с окаменелыми шоколадными конфетами и разноцветным зефиром, которые она прятала у себя под кроватью. Однажды, когда Клара куда-то отлучилась, сестра и мама... Они хотели попробовать. Только по одной конфетке. Только попробовать!.. От Клары их спасла соседка, пришедшая за солью, а заодно и на крики. Но мы опять отвлеклись.

///////////////////////////////7

<i>

Перед вокзалом рядами сидели торговки съестным. Приезжие и местные ходили между рядами, хрустели на пробу малосольными огурцами, покупали детям липких петушков на палочках и скорострельно плевались крупнокалиберной шелухой жареных «семачек». Бабушкин наблюдательный пост был оборудован неподалёку от входа в вокзал. Для этого дедушка просто попросил на время у одной из знакомых торговок мешок семечек и усадил рядом бабушку. Так она и просидела несколько часов в ожидании объекта наблюдения. Мама её никогда не видела и узнать не могла, а вот про папу этого сказать было нельзя. Для пущей маскировки бабушка и оделась соответствующим образом. Экипировку довершал надвинутый до бровей платок.

Вечером того же дня бабушка совещалась сама с собой. С одной стороны... таки да. Красиво. А с другой... клятва Гиппократа, которую бабушка мечтала принять у будущей невестки, не говоря уже об отсутствии даже и намёка на приданое. Что такое отсутствие приданого, бабушка знала не понаслышке. Взять, к примеру, дедушку... Да что его брать! Тут бабушка вспомнила, как дедушка сам взялся на её голову лет тридцать назад...

На следующее утро она объявила папе, что против этой женитьбы. Но папа уже не мог перестать быть за. И тогда он, неглупый сын своей матери, пригрозил ей немедленным отъездом на Кавказ в Серпухов. Раз счастья нет здесь, так почему бы ему не найтись там? Тут бабушка не на шутку испугалась. Что такое этот Серпухов, эта далёкая и заснеженная Россия? 

///////////////////////////////8

<i>

Там даже деревья, даже листья на них – и те русские. Что уже говорить о девушках?! Мысль о варианте «и ушли к бизонам жить жираф и антилопа» довела бабушку до сердечного приступа. Иметь такое от любимого сына... Нашим врагам! Выпив пол пузырька валерьянки и сказав дедушке всё, что она о нём думает... бабушка дала согласие на брак.

Папа бросился к маме. Выбегая из дома, он от радости перепрыгнул все ступеньки на крыльце, но споткнулся обо что-то, упал и сильно подвернул себе ногу. До мамы, конечно, доковылял. На следующий день, однако, ходить он мог, только опираясь на мамину руку. Так они и пошли подавать заявление в ЗАГС. Кларина соседка Рива, увидев со спины идущих маму и папу, не преминула сказать Кларе: «Я таки не понимаю, почему надо было так торопиться? Ваша Ларочка такая красивая – и собралась замуж за хромого?»

Свадьба была шумной. Девяносто человек гостей, плюс скрипка, плюс саксофон, плюс аккордеон, плюс Изя-барабанщик. Платье невесте шила сама мадам Перецман. И сейчас шили бы такие платья, если бы могли, конечно. Правда, была одна заминка – никак не могли найти подходящих пуговиц. И что же? Подобрали несколько фасолек одинакового размера и обшили их белой тканью. Это не голь, а Голда на выдумки хитра. То есть мадам Перецман. Одних анекдотов за столом было рассказано столько, что если их все разом рассказать кому-нибудь одному – так этот один лопнул бы от смеха на мелкие кусочки.

///////////////////////////////9

<i>

Гуляли весь день и всю ночь. Каждого вновь приходящего объявлял Изя-барабанщик, после чего оркестр играл туш. Дяде Грише с тётей Цилей сыграли такое музыкальное вступление... Гриша от избытка чувств дал оркестру крупную купюру. Настолько крупную, что после свадьбы ему пришлось держать ответ перед Цилей. Нашим врагам держать ответ перед Цилей. Гриша не удержал. Через день он наведался к Изе, чтобы... Не то чтобы всё вернуть, нет. Но хотя бы часть...

А Фишманы подарили молодым шахматы. Возмущению дедушки не было предела. И это подарили соседи и лучшие друзья! Дедушка клялся, что когда дочка Фишманов, Света, будет выходить замуж, ― чтоб мы все прожили ещё сто лет дождаться этого момента, ― так он пойдёт на её свадьбу с колодой карт. Ну, если бы папа женился на Свете, то мог быть и другой подарок... Но это была бы уже совсем другая история.

</i>

&emsp;(•_•)

<i>
Красота не спасёт и не погубит мир,
но сильно отвлекает от дела.

◊ ● ◘  ◦ ◊ ● ◘  ◦ ◊ ● ◘  ◦ ◊ 

<i>

<b> Андрей Макаревич (ФБ)

 </b>

Ни одна огромная, богатая, великая страна такой не родилась. Каждая возникала из ничего, воевала сама с собой и с соседями, и однажды становилась богатой и великой. А потом, вдоволь поосчастливив мир и потоптавшись по нему, сдувалась и уже её топтали какие-нибудь неграмотные гунны. Это закон природы, или, если угодно, Всевышнего - дерево (и трава, и человек) рождается, живёт и умирает, и ничто этот закон не может изменить.

Представьте себе муравейник. Он тоже живёт по этому закону, что бы там муравьиная королева о себе не думала. Королевы, конечно, отличаются друг от друга - эта, например, очень любит хорошо и дорого поесть, и её окружение заваливает её лучшими продуктами. А предыдущая, наоборот, отличалась аскетичностью. А та, что до неё, была излишне воинственна и подозрительна - развязала бессмысленную войну с соседним муравейником и заодно извела миллион своих солдат - на всякий случай. Думаете, на цикле жизни муравейника это в целом как-то сказалось?

Мне кажется - надо иногда вспоминать, что мы - всего лишь мыслящие (как нам кажется!!) почки на могучем Дереве Жизни (и Смерти) - хотя бы для приведения наших амбиций к масштабу, соответствующему приличиям.

Ну всё, давайте долбайте меня.

</i>

✿*´¨`*✿⊱╮　

(　 .. .. . . ~✿~ ~✿~<i> <b> День памяти</b></i>

✿.¸¸¸.✿‿.•*´¯✿‿.•*´¯✿‿.•*´¯✿‿.•*´¯✿‿.•*´¯✿‿.•*´¯✿‿.•*´¯✿⊱╮

<b>

7 августа 1921 г. в Петрограде, РСФСР, 40-а лет, скончался великий русский поэт Александр Александрович Блок.

</b>

<i>

Ты твердишь, что я холоден, замкнут и сух.

Да, таким я и буду с тобой:

Не для ласковых слов я выковывал дух,

Не для дружб я боролся с судьбой.

Ты и сам был когда-то мрачней и смелей,

По звездам прочитать ты умел,

Что грядущие ночи — темней и темней,

Что ночам неизвестен предел.

Вот — свершилось. Весь мир одичал, и окрест

Ни один не мерцает маяк.

И тому, кто не понял вещания звезд,—

Нестерпим окружающий мрак.

И у тех, кто не знал, что прошедшее есть,

Что грядущего ночь не пуста,—

Затуманила сердце усталость и месть,

Отвращенье скривило уста...

Было время надежды и веры большой —

Был я прост и доверчив, как ты.

Шел я к людям с открытой и детской душой,

Не пугаясь людской клеветы...

А теперь — тех надежд не отыщешь следа,

Всё к далеким звездам унеслось.

И к кому шел с открытой душою тогда,

От того отвернуться пришлось.

И сама та душа, что, пылая, ждала,

Треволненьям отдаться спеша,—

И враждой, и любовью она изошла,

И сгорела она, та душа.

И остались — улыбкой сведенная бровь,

Сжатый рот и печальная власть

Бунтовать ненасытную женскую кровь,

Зажигая звериную страсть...

Не стучись же напрасно у плотных дверей,

Тщетным стоном себя не томи:

Ты не встретишь участья у бедных зверей

Называвшихся прежде людьми.

Ты — железною маской лицо закрывай,

Поклоняясь священным гробам,

Охраняя железом до времени рай,

Недоступный безумным рабам.

1916

</i>

✿.¸¸♨¸.✿‿♨.•*´¯✿♨

ᖙᖚ  ▫▪ ⊰◈⊱ ▪▫ ⊰◈⊱ ▫▪ ᖙᖚ

<b>

Наталья Резник

Одностишия

</b>

Как я смогла так точно промахнуться?

 О, сколько дел мне предстоит не сделать!

 Скорее “нет”, чем “да”, но всё возможно.

Мечтала сдуру стать ещё умнее.

А завтра вдруг окажется вчера.

<b> Игорь Иртеньев

</b>

 (̅_̅_̅_̅(̅_̅_̅_̅_̅_̅_̅_̅_̅̅_̅()ڪ  ✰  ☭  ★   ☭ ✰   ☭  ★   ☭  ✰  ☭  ★

<u>

Полная поэтень

</u><i>

*   *   *

Фаршированная щука,

Чудо-юдо рыба фиш,

Нет для слуха слаще звука,

Разве только лишь кишмиш,

Что сравнится лишь с шербетом

Да капустным пирогом…

Но сейчас я не об этом,

А скорее о другом.

То, что Путин щуку ловит –

Дело личное его,

Так что зря народ злословит,

Что народу до него?

До несчастной этой щуки,

Что, в конце концов, ему?

Чем сидеть, пиздеть в фейсбуке,

Лучше в собственном дому,

Что  совсем пришел в упадок

И утратил внешний вид,

Навести уже порядок.

Жаль, что гордость не велит.

Игорь Иртеньев

</i>

★ ڪے~

═══ღƸ̵̡Ӝ̵̨̄Ʒღ═══

<b>

МИХАИЛ ЖВАНЕЦКИЙ

</b>

• На своих ошибках учатся, на чужих — делают карьеру.

• Лотерея — наиболее точный способ учета количества оптимистов.

• Воспитанный мужчина не сделает замечания женщине, плохо несущей

шпалу.

• Высшая степень смущения — два взгляда, встретившиеся в замочной скважине.

• Все идет хорошо, только мимо…

• Пусть лучше над тобою смеются, чем плачут.

• Пока семь раз отмеришь, другие уже отрежут.

° 。 ° ˛˚˛ * _Π_____*。*˚

˚ ˛ •˛•˚ */______/~＼。˚ ˚

˚ ˛ •˛• ˚ ｜ 田田 ｜門 ღ ღ &emsp;  &emsp; <b>Михаил Бару</b>

  &emsp; <i> Первые три месяца своей жизни я прожил в подвале. Ну, не то чтобы совсем в подвале, но в полуподвале. Моя мама приехала рожать меня из Серпухова в Киев, к бабушке. Почему из Серпухова в Киев? Потому. Мама не обсуждала приказы. Бабушке было виднее – она была хирургической сестрой и твердо знала, что в Серпухове можно родить кого угодно, но только не здорового нормального ребенка. Что же касается папы, то с высоты бабушкиного медицинского образования его не было видно вообще. Тем более из Киева.

Короче говоря, вариантов у меня не было. Я родился в Киеве, на Подоле, в одном из районных роддомов. Привезли меня оттуда домой, к бабушке, на Ярославскую улицу, в большой старинный дом то ли начала прошлого века, то ли конца позапрошлого. На самом деле привезли меня не только к бабушке, а еще и к ее сестре Оле, к ее мужу Грише, к двум их детям Лене и Аркаше, к прадедушке Лазарю и прабабушке Злате. Все они, вместе с моей бабушкой Маней, проживали в полуподвальной комнате площадью в двадцать один квадратный метр. Комнату они разгородили фанерой на три части. В одной жила тетя Оля с семьей, в другой – моя бабушка Маня с мамой и мной, а в коридоре… Как они устроили там коридор – ума не приложу. На самом деле это была третья часть комнаты, в которую выходили две двери от тети Оли и бабушки и еще одна общая дверь для выхода в подъезд. Вот в этом трехдверном пространстве проживали прадедушка и прабабушка. У прадеда была узенькая железная кровать, а у прабабушки раскладушка, которую она днем куда-то прятала. Или наоборот. В том смысле, что Злата была очень маленькой, тихой и хрупкой старушкой. Домашние ее могли куда-нибудь прятать, чтобы не дай Бог не повредить в тесноте.

/////////////////////////////////

<i>

Из удобств у бабушкиной семьи была большая печь, стоявшая посреди комнаты. Она хоть и давала тепло, но площадь уменьшала изрядно. Возле нее меня и купали все эти три месяца, что я был киевлянином. Вторым и последним удобством была табуретка за пределами комнаты, в коридоре под лестницей, ведущей на второй этаж. На табуретке стоял примус. За табуреткой с примусом чернела закопченная дверь, ведущая в настоящий подвал. Там, в двух подвальных комнатах без окон жил сапожник с женой и тремя детьми. Сапожник в этой двери ̶н̶а̶р̶и̶с̶о̶в̶а̶л̶ ̶о̶ч̶а̶г̶ прорубил окно, застеклил его и завесил шторами. Мама говорила, что он потом страшно разбогател на частных заказах – у него в подвале появилась даже мебель и коврик с оленями. Прадед, который был очень проницательным и прекрасно разбирался в соседях, а сапожников так и вовсе видел насквозь, предполагал, что покупка коврика с оленями… Как хотите, а тут не обошлось без крупных афер с подметками или сапожными гвоздями. Когда человек начинает покупать ковры просто так, за здорово живешь …

На ночь семья сапожника открывала окошко под лестницу и дверь из подъезда на улицу, чтобы впустить хоть немного свежего воздуха в свое жилище. Мама вспоминала, что свежий воздух упирался изо всех сил и дальше двери подъезда входить опасался.

/////////////////////////////////

<i>

Но вернемся в семью. Прабабушка, как я уже сказал, была тихой и безобидной. Больше всего на свете она любила лечиться. Не в том смысле, что она горстями пила таблетки и мазалась мазями, нет. На таблетки и мази у нее попросту не было денег. Все ее лекарства состояли из зеленки и настойки йода. И то и другое моя бабушка приносила ей с работы. Йодную настойку она не очень любила – наутро от нее на теле и следа не оставалось, а вот зеленка могла продержаться дольше. Можно, конечно, над этим посмеяться, но Злате к моменту моего рождения в пятьдесят восьмом году было около девяноста лет и прожила она еще, как минимум, лет пять. Тогдашняя зеленка, видимо, была не чета нынешней, которая одна сплошная химия и больше ничего.

Прадед мой, в отличие от своей жены был не тихим и не безобидным. По виду-то он был сущий воробей – небольшого роста, сухой, как высушенный пескарь и такой же премудрый. У Лазаря была пышная седая шевелюра и густая борода. Рта в бороде и усах видно не было. Когда я потом, через три или четыре года приехал погостить к бабушке, то смотрел как завороженный на эту бороду и никак не мог понять – во что ест прадедушка? Он отщипывал пальцами крошечные кусочки хлеба и засовывал их себе в бороду. Я был даже готов поверить, что он там этот хлеб прячет на черный день. Лазарь ел мало, даже очень и постоянно напоминал своим домочадцам о том, что они слишком много едят. Сам-то завтракал половинкой яйца и стаканом кипятка, который пил из своей любимой майонезной банки, хотя…

/////////////////////////////////

<i>

Однажды, когда прабабушка куда-то ушла по делам, которых у нее, как утверждал прадедушка, никогда не было, он подошел к маме и попросил ее сварить суп. Суп, который сварила прабабушка, он есть отказывался. Описывая причину, по которой он его есть отказывался, прадед, любивший говорить красиво и даже витиевато, начал издалека и поведал маме о том, что перед тарелкой такого супа надо сначала раздеться догола, прыгнуть в нее и долго там нырять, прежде чем удастся поймать зубами хотя бы одну единственную вермишелину. Он уже не в том возрасте, чтобы совершать такие безрассудные поступки. И вообще он не умеет плавать, не говоря о зубах, которые он вчера положил на свое обычное место, а сегодня утром никак не мог найти, и если он узнает, что кто-то из внуков…

Впрочем, жену он любил. У них с прабабушкой была любовь с первого взгляда. Давным-давно, еще в девятнадцатом веке, прадедушка зашел по делам к одному купцу и увидел, что полы у него моет какая-то девушка. Точнее сказать, он увидел, как какая-то девушка моет пол под монументальным купеческим диваном, и как только прадедушка увидел ту часть, которая под диван не поместилась, то немедленно решил, что женится на ней. На всей, конечно, девушке, а не только на ее части.

Вообще о дореволюционном прошлом прадедушки в семье рассказывали разное. Сам он утверждал, что был управляющим у какой-то графини и даже имел свой магазин скобяных товаров, но большевики его пустили по миру.

/////////////////////////////////

<i>

Бабушкина сестра рассказывала мне, что в те баснословные времена, когда их отец был управляющим у графини, они жили в очень большом достатке. Достаток этот достигал таких размеров, что, во-первых, у их дома был собственный подвал, а во-вторых, в подвале стояла целая бочка моченых яблок, которые можно было есть, есть и есть с утра до ночи. Что же касается магазина, то его существование не подтверждала ни одна из двух бабушкиных сестер*.

Моя бабушка и вовсе говорила, что у ее отца было несколько ржавых гвоздей и моток проволоки, которые он вечно носил с собой, и если это называть магазином… Надо сказать, что свой небольшой магазин имелся у прадедушки и при советской власти. Магазин представлял собой табуретку, на которой стоял небольшой полотняный мешок с жареными семечками и несколько пачек дешевых папирос. Тем, кому пачка папирос была не по карману, Лазарь продавал их поштучно. Бизнесу он посвящал все время до обеда, а после обеда шел смотреть, как строится новый дом неподалеку. Не то чтобы прадеду обещали в нем комнату или квартиру или он надеялся принести со стройки какую-нибудь нужную в хозяйстве дощечку или кирпич, нет. Просто ему было скучно, и стройка была его единственным доступным развлечением. Там, на этой стройке, он однажды споткнулся, упал, сломал правую ногу и вскоре умер в возрасте то ли девяноста трех, то ли девяноста пяти, то ли девяноста семи лет. Левую ногу он сломал еще во время войны. Она плохо срослась, и по этой причине Лазарь ходил, опираясь на костыль. Ночью, когда все спали, а прадеда мучила бессонница, он ходил по двум или трем квадратным метрам своего коридора и стучал костылем по полу.

/////////////////////////////////

<i>

 Дети, сначала почтительно, а потом и без всякого почтения, в довольно сильных выражениях, просили его перестать стучать костылем и лечь наконец спать, но упрямый прадед и не думал этого делать. В ответ он стучал не только по полу, но и по фанерной стене.

– Это все мое! – кричал Лазарь. – И все, кому не нравится, могут идти к…

По части сильных выражений прадедушка мог заткнуть за пояс и две таких семьи, как его собственная.

 Вот так они и прожили там с сорок пятого по шестьдесят третий или шестьдесят пятый год и только потом разъехались по разным квартирам. Сначала в разные районы Киева, затем в разные города, а затем и в разные страны.

Если бы я был художник вроде Куинджи, то написал бы вид с птичьего полета тихой украинской ночи с прозрачным воздухом и блещущими звездами, посреди которой мой крошечный, почти невидимый сверху прадедушка Лазарь ходит по коридору своей полуподвальной комнаты, стучит костылем и посылает всех к….

Я спросил у мамы: «Как же вы жили в таких условиях почти два десятка лет», – то она, не думая, ответила: «Весело». Потом немного помолчала и добавила: «Вместе».

* До войны сестер было пять. Одна из них, Поля, умерла еще в сороковом от туберкулеза, а вторая, Сима, погибла вместе с мужем в Бабьем Яру. От Симы остался хрупкий, истертый на сгибах листок письма, в котором она писала в сентябре сорок первого из Киева бабушке в Челябинскую область: «Мы пока живые, а дальше не знаем. У нас в Киеве тихо и хорошо. Не бомбят. Я и Иосиф остались. Он не хочет ехать и через него мы пропадем».

</i>

⠁ ⠂ ⠃ ⠄ ⠅ ⠆ ⠇ ⠈ ⠉ ⠊ ⠋ ⠌ ⠍ ⠎ ⠏ ⠐ ⠑ ⠒ ⠓ ⠔ ⠕ ⠖ ⠗ ⠘ ⠙ ⠚ ⠛ ⠜ ⠝ ⠞ ⠟ ⠠ ⠡ ⠢ ⠣ ⠤ ⠥ ⠦ ⠧ ⠨ ⠩ ⠪ ⠫ ⠬ ⠭ ⠮ ⠯ ⠰ ⠱ ⠲ ⠳ ⠴ ⠵ ⠶ ⠷ ⠸ ⠹ ⠺ ⠻ ⠼ ⠽ ⠾ ⠿ ⡀ ⡁ ⡂ ⡃ ⡄ ⡅ ⡆ ⡇ ⡈ ⡉ ⡊ ⡋ ⡌ ⡍ ⡎ ⡏ ⡐ ⡑ ⡒ ⡓ ⡔ ⡕ ⡖ ⡗ ⡘ ⡙ ⡚ ⡛ ⡜ ⡝ ⡞ ⡟ ⡠ ⡡ ⡢ ⡣ ⡤ ⡥ ⡦ ⡧ ⡨ ⡩ ⡪ ⡫ ⡬ ⡭ ⡮ ⡯ ⡰ ⡱ ⡲ ⡳ ⡴ ⡵ ⡶ ⡷ ⡸ ⡹ ⡺ ⡻ ⡼

<b>

ЛЮДМИЛА УЛИЦКАЯ: «ДЛЯ ОСМЫСЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОСТИ НАДО, ЧТОБЫ ОНА СТАЛА ПРОШЛЫМ»

Интервью с Людмилой Улицкой

</b> <i>

<u>Вы лауреат многочисленных престижных премий и наград, и не только литературных, например, Ордена Почетного легиона. Какая из них имеет для Вас наибольшее значение? </u>

Моя любимая премия — города Будапешта. Когда город, переживший обстрел советских танков в 1956-м году, дает литературную премию автору из России, это означает некоторую победу культуры над политикой. А в этом и смысл любой культурной деятельности, которая безусловно стоит выше политических разборок.

<u>

Сильно ли менялись Ваши литературные пристрастия на протяжении жизни: кто из писателей был любим и кто нравится сейчас?

</u>

Я разлюбила Томаса Манна, которого в юности очень любила. Я обнаружила, что Марселя Пруста мне совершенно не хочется читать. Пожалуй, никаких новых пристрастий я не приобрела: всегда Толстой, всегда Набоков. Но в последние годы определенно больше поэзии, чем прозы...

<u>

В одном из своих интервью Вы сказали, что иногда уезжаете писать за границу. В каких странах лучше всего работается?

</u>

В 90-х годах несколько раз я уезжала в Германию, на стипендии для иностранцев. Однажды такую стипендию получила во Франции. Потом я решила, что на такие стипендии должны ездить молодые авторы, а я уже из их числа выросла. Последние годы уезжаю в одну деревню в Северной Италии. Там сижу одна, со своим компьютером, никто не отвлекает. Но, откровенно говоря, я давно уже ощущаю, что мой дом там, где стоит мой компьютер и не очень сильно звонит телефон.

//////////////////////////////////////

<i>

<u>

Майя Кучерская в своей колонке в «Ведомостях» посетовала на то, что нет знаковых романов именно о современности. Авторы обыгрывают историческую тему, либо пишут антиутопии и памфлеты, как Пелевин или Сорокин. Почему так получилось, по Вашему мнению?

</u>

Ничего не вижу удивительного. Толстой закончил писать «Войну и мир» в 1869-году, спустя более полувека после окончания Отечественной войны. И роман этот по сей день не утратил актуальности. Мне кажется естественным, что для осмысления современности надо, чтобы она стала прошлым... Иначе — фельетон, эссе, публицистика. Ничего страшного в этом не вижу.

<u>

Существует мнение, что XX век наступил в 1914 году. Календарно мы уже довольно долго живем в XXI столетии, но чувствуется, что мы застряли в прошлом веке. У Вас нет такого ощущения?</u>

Переход в новое время не календарный, в разных странах и в разных сферах он происходит с разной скоростью. В исламском мире, к примеру, сейчас идет 1438-й. Это вполне соответствует технологическому и психологическому уровню этой цивилизации. У нас 2017 на календаре, но по многим показателям мы от быстро летящего времени отстаем.

///////////////////////////////

 <i>

Современная наука вне всякого сомнения улетела в будущее, к сожалению, не в нашей стране. В России ХХI века было несколько крупных культурных прорывов, например, фильм «Фауст» Александра Сокурова — это сообщение всему человечеству: зло, которое производит сегодня человек, намного превосходит то зло, которое в прежние века ассоциировалось с инфернальным злом Сатаны, и сегодня Мефистофель оказывается побежден тем злом, которое в себе накопил человек. Каждый человек живет в том времени, которое он себе выбирает. Я ощущаю, что я этого порога в ХХI век не перешагнула, я живу в прошлом, честно говоря, я и с ним еще не разобралась. И пока мы не разберемся с прошлым, трудно себе представить, как мы будем жить в «новом» времени.

<u>

Вас нет на фейсбуке. Как Вы относитесь к феномену социальных сетей и их влиянию на современный мир?

</u>

Вот этом как раз и есть новая реальность, и я не спешу в ней присутствовать. Информационный поток мне кажется слишком напряженным, мощным, и меня он просто сносит. Я стараюсь скорее ограничить его, чем в него войти. Социальные сети — новая реальность жизни, новый механизм коммуникации. Они, может быть, лучше всего описывают новую цивилизацию — нравится нам это или не нравится.

//////////////////////////////////////

<i>

<u>

В эссе «Своя комната» Вирджиния Вулф пишет: «У каждой женщины, если она собирается писать, должны быть средства и своя комната». А что, по Вашему мнению, нужно современной женщине, чтобы стать писательницей?

</u>

У каждой женщины, даже если она не собирается писать, должна быть своя комната. И средства для существования нужны каждой женщине и каждому мужчине, даже если они не собираются писать. Первое и необходимое условие для писательства — графомания, то есть любовь к процессу письма. Я встречала писателей, не обладающих никаким дарованием, кроме дара графомании. А вот среди людей, которые процесса письма не любят, писателей не бывает никогда. А что надо, чтобы стать писателем — мужчине и женщине требуется, я думаю, одно и то же. Только не спрашивайте, что именно.

<u>

Вы говорили о том, что иногда задаетесь вопросом, почему идея того или иного романа пришла в голову Вам, а не мужчине. Откуда возникли такие мысли? Вы считаете, что мужчина смог бы лучше воплотить идею или ему легче было бы писать?

</u>

Нет, я это говорила только однажды, когда писала роман «Даниэль Штайн, переводчик». У меня было чувство, что мне не хватает мощности. Знаете, как бывает мотор на 100 лошадиных сил, а бывает 150... Вот было такое чувство, что лошадиных сил не хватает...

//////////////////////

<i>

<u>

Вы автор замечательных пьес. С какими трудностями Вы сталкивались при их создании? И какую постановку Вы считаете наиболее удачной?

</u>

Я главную трудность драматурга разрешила для себя с самого начала: я поняла, что пьеса — только предлог для работы режиссера. Очень важно понимать, что любая пьеса в некотором смысле полуфабрикат, а становится полноценной, когда превращается в спектакль. А это делает как раз режиссер. Мой любимый режиссер, который ставил мои пьесы и делал инсценировки — польский режиссер Анджей Бубень.

<u>

Вы говорили, что любите читать нон-фикшн. Какие книги Вы бы порекомендовали?

</u>

Последняя из прочитанных книг, которая мне очень понравилась — «Краткая история человечества» Юваля Харари. Но обычно я читаю книги, связанные с биологией и антропологией — это область, которая мне более понятна.

<u>

У Ваших героев сложные судьбы, а как на Ваш взгляд все-таки складывается судьба человека: все уже предначертано свыше или же человек управляет своей жизнью?

</u>

Кое-что записано в геноме человека — предрасположенность к определенным болезням, темперамент, многие другие свойства. Но у человека есть и область свободы, где он может сам принимать решения.

<u>

И последний вопрос: о чем будет Ваша следующая книга?

</u>

Боюсь даже сказать. Не уверена, что потяну.

⟱

https://eksmo.ru/interview/intervyu-s-lyudmiloy-ulitskoy-ID4715446/

&emsp;  &emsp;  &emsp; ________❦ ღϠ₡ღ ❦________

<b>7 АВГУСТА — СУДЬБОНОСНОЕ ЗАТМЕНИЕ! ВОТ ЧТО НЕЛЬЗЯ ДЕЛАТЬ В ЭТОТ ДЕНЬ… </b>

<i>

Каждое затмение — особенная дата в календаре. Даже если вы его не увидите, как, например, вот это, ближайшее затмение. Его увидят жители США и многих стран Западной Европы, и даже жителей России, но не Украины и не Центральной Европы.

Что это меняет для вас в астрологическом смысле? Ничего!

Главное для вас в этот день — правильно и по максимуму использовать мощную энергию затмения себе во благо.

Астрологи говорят, что это затмение в энергетическом смысле будет очень сильным. Они ждали его несколько лет. Потому что в этот день, говорят они, каждый человек получит уникальный шанс по-иному взглянуть на свою жизнь и пересмотреть ее во всех привытах.

Начнется затмение 7 августа ровно в 18.20 по Гринвичу или в 20.20 по Киеву! Его продолжительность составляет 1 час 55 минут.

<b>

Вот как взять от этого явления максимум: </b>

Перво-наперво, стоит отметить, что лунное затмение произойдет на оси Водолей-Лев. Если точнее, Солнце в момент затмения будет находиться в знаке Водолей, а Луна — во Льво. Если кратко, то это означает, что все знаки, расположенные в астрологическом круге между этими двумя, получат уникальный шанс разобраться со своими проблемами.

Для них это затмение означает вступление в новую жизненную фазу. Чтобы это случилось, вам нужно забыть и «отпустить» все прошлые неудачи и сфокусироваться на будущем.

Возьмите в этот вечер листок бумаги и начинайте планировать свою жизнь на ближайшие 5 лет вперед. Вот увидите: так у вас получиться протестировать пределы своего творческого потенциала и ощутить безграничную внутреннюю свободу.

///////////////////////////////////

 <i>

Это идеальное время, чтобы найти творческое решение для той проблемы, которая мучит вас давно и вы не знаете, как решать. В этот день ответ появится!

Задумайтесь также над тем, от чего вам следовало бы избавиться. Это затмение — отличный шанс очистить свою жизнь от устаревших предрассудков и пристрастий. А еще это отличная возможность покончить с вредными привычками!

Чуть больше свободы и любопытства в этот день позволять вам не только выйти из зоны комфорта, но и получить новые шансы и возможности, расширить свой круг общения.

Ну и, наконец, новолуние, которое последует за затмением — это лучшее — с астрологической точки зрения — время для того, чтобы начать что-то новое. Так что если вы давно не решались сделать рывок, ближайший понедельник — самое время.

<b>

А вот что нельзя делать в этот день: </b>

— Принимать участие в массовых мероприятиях и находиться там, где уже присутствует большое количество народу.

— Принимать решения касательно серьезных капиталовложений;

— Делать большие покупки (недвижимость, автомобили и т.д.);

******❥ http://www.cluber.com.ua/lifestyle/interesno/2017/08/7-avgusta-sudbonosnoe-solnechnoe-zatmenie-vot-chto-nelzya-delat-v-etot-den/

❤️░░|❤️░░|░░|░░|░░|░░|░░|░░|

<b>

Елена Чуковская

</b> <i>

Весной 2014 года в рамках работы Фонда «Устная история» Николай Формозов встретился с Еленой Чуковской и записал пять бесед, в которых она рассказала о своем детстве, эвакуации в Ташкент во время войны, отношении с дедом Корнеем Чуковским и аресте отчима литературоведа Цезаря Вольпе, гибели дяди Бориса и репрессиях 1930-х. Большая часть ее рассказов посвящена Солженицыну, знакомству с ним, работе над рукописями, окружению писателя и его помощникам. После смерти Чуковской 3 января 2015 года Николай Формозов записал свои впечатления от встреч и общения с ней, которыми мы посчитали возможным предварить опубликованные записи.

 «Ну, раз надо, значит надо – давайте» – так весной 2014 года ответила Елена Цезаревна Чуковская на мою просьбу дать серию интервью, которая сейчас перед вами. В этом ответе вся Е.Ц., человек долга, неутомимая труженица. Ведь никто – ни я, никто-либо другой в тот момент не подозревали, что Е.Ц. смертельно больна, но сама-то она это четко предчувствовала (весной 2014 года, убирая на Переделкинском кладбище могилы деда и матери, Е.Ц. сказала подруге: «Я это делаю в последний раз»).

Елена Цезаревна – внучка знаменитого деда, Корнея Ивановича, дочь его не менее известной дочери Лидии Корнеевны. Но, по мнению хорошо знавшего Е.Ц. Габриэля Суперфина, именно «ей подчинялись дед и мама», то есть до некоторой степени она являлась главой знаменитой писательской семьи.

//////////////////////////////////////////////////////////////////////

<i>

Елена Цезаревна – человек строгий, даже внешне жесткий. Для всех, включая ее младших друзей, была известна под детским именем Люша.

Елена Цезаревна – состоявшийся ученый-химик, выпускница химфака МГУ, кандидат химических наук и сотрудница Института элементоорганических соединений им. А.Н. Несмеянова Академии Наук, посвятила себя сначала помощи в работе своему деду, затем самоотверженной и бесстрашной поддержке А.И. Солженицына, и в конце жизни подготовке к изданию многих книг Корнея Ивановича и Лидии Корнеевны.

Самой удивительной чертой Елены Цезаревны я бы назвал парадоксальное сочетание фантастической смелости и твердости с глубочайшей скромностью. Причем, как ни странно, эти два качества в ее характере оказываются связанными воедино, они поддерживают и усиливают друг друга. О смелости Е.Ц. в Москве ходили легенды – вряд ли в многомиллионном городе в те годы нашелся бы еще один человек, который на вкрадчивое приглашение «побеседовать» в КГБ мог бы ответить: «я не скорая помощь, по телефонным звонкам не выезжаю!». Все ядовито-смертельные стрелы, выпущенные комитетом, с точки зрения Елены Цезаревны, целили не в нее. 

//////////////////////////////////////////////////////////////////////

<i>

О страшной, очевидно подстроенной автокатастрофе Е.Ц. говорила, что до сих пор думает, что это случайность. А искусно пущенная «утка», что якобы пропавший без вести во время войны отец Цезарь Вольпе служил идеологом у генерала Власова (перед этим Е.Ц. открыто критиковала власовскую тему в «Архипелаге ГУЛАГе»), по мнению Е.Ц., была направлена не против нее, а против Лидии Корнеевны. Ее беспримерное бесстрашие несомненно разжигало злобу комитетчиков. Е.Ц. попытались испугать – прямо в подъезде ее дома на нее набросился здоровенный топтун (из тех, что вечно дежурили на лестничной клетке у Чуковских) и принялся душить. «Так и не понимаю, что это было» – признается Е.Ц. После этого в подъезд собственного дома в одиночку Елена Цезаревна боялась заходить, но не боялась помогать, как и помогала раньше, А.И. Солженицыну перепечатывать, прятать, хранить сначала «Раковый корпус», затем «Архипелаг Гулаг», а позднее материалы к «Красному колесу». Она играла ключевую роль в сложной подпольной сети его помощников и неслучайно Солженицын назвал Е.Ц. «начальник штаба моего».

➽ Полностью читать: ➽  http://oralhistory.ru/projects/chukovskaya

</i>

ᖙᖚ▪▫⊰◈⊱▫▪ ⊰◈⊱▫▪ᖙᖚ

<b>

Великие дети "врагов народа". Интересный список

</b>

⊰◈⊱

<i>

-Майя Плисецкая (отец расстрелян, мать сослана в лагерь жён изменников Родины)

- Галина Вишневская (отец репрессирован)

- Эльдар Рязанов (отец репрессирован, 17 лет лагерей)

- Булат Окуджава (отец расстрелян, мать сослана в лагерь)

- Василий Шукшин (отец расстрелян)

- Олег Янковский (отец репрессирован)

- Алла Демидова (отец репрессирован)

- Михаил Козаков (мать репрессирована)

- Эдуард Кочергин (отец расстрелян, мать сослана в лагерь)

-Василий Аксенов (отец отсидел 15 лет, мать 20 лет)

- Юлиан Семёнов (отец репрессирован)

- Юрий Визбор (отец репрессирован)

- Анна Герман (отец расстрелян)

- Чингиз Айтматов (отец расстрелян)

- Александр Твардовский(семья раскулачена, сослана)

- Юрий Трифонов (отец расстрелян, мать сослана в лагерь)

- Виктор Астафьев (отец репрессирован)

- Александр Вампилов (отец расстрелян)

- Владимир Войнович (отец репрессирован)

- Марлен Хуциев (отец репрессирован)

- Лев Кулиджанов (отец репрессирован, мать сослана в лагерь)

- Владислав Дворжецкий (отец репрессирован)

- Юлий Ким (отец расстрелян, мать сослана в лагерь)

- Владимир Дашкевич (отец репрессирован)

- Ольга Аросева (отец и мачеха расстреляны)